Отбор для принца ёжиков

Круглолицый, розовощёкий, с золотистыми кудряшками и далеко не спортивным телосложением, был прямой противоположностью описанному в драконовском романе средоточию всех дамских слабостей. На мгновение его круглые голубые глаза встретились с моими, я автоматически улыбнулась и успела заметить краску залившую округлые щёки до того, как он отвернулся.

— Перестань так глазеть, — тут же донеслось до меня ворчание Ээрикки. — Неужели в вашем мире не существует вообще никаких приличий?

— Приличия есть. Нет эринацеусов, принимающих человечекое обличье.

— Человеческое! Какое самомнение! Мы можем принять любой облик. Этот лишь напоминает хомосов, но мы всё равно остаёмся собой!

Он протянул мне руку, и я невольно вздрогнула, увидев на тонких пальцах острые тёмные коготки. Они принадлежали скорее животному, чем человеку. Присмотрелась к его лицу... На ушах, почти скрытых волосами, — едва заметная шёрстка, глаза — не человеческой формы и без зрачка...

— Как странно... — пробормотала я. — И ты не можешь выглядеть совсем как человек?

— Зачем мне это?

— Август, августа и принцепс приветствуют собравшихся! — раздался знакомый рупорный голос.

— Juvenes dum sumus, — неосознанно закончила я фразу из студенческой песни, которую когда-то учила на латыни.

— Тебе известны слова нашего гимна? — ещё ни разу не слышала в голосе Ээрикки такого удивления.

— Гаудеамус?! — моё удивление было не меньшим. — Ваш гимн — застольная студенческая песня?

— Откуда нам знать, что с нашим гимном делают в вашем мире? — фыркнул он.

Между тем в толпе присутствующих возникло волнение. Все задвигались, освобождая место посередине зала.

— Что происходит? — я расставила локти, стараясь оградить разволновавшихся светлячков от столкновения с телами гостей.

— Бал официально открыт. Принцепс подарит танец каждой из претенденток... Я не смогу танцевать с тобой прежде него.

— Как удачно всё для тебя складывается, не так ли? — поддела его я. — Очерёдность та же, что и на показе? То есть мне он "подарит танец" последней — ближе к утру?

— Откуда я знаю? — буркнул Ээрикки.

Внезапно он смолк и поспешно поклонился кому-то за моей спиной. Все вокруг притихли — в наступившей тишине был слышен только шелест крылышек моих светлячков. Я обернулась, уже догадываясь, кого увижу. Розовощёкий голубоглазый принцепс протягивал мне лапку — такую же когтистую, как у Ээрикки.