А у кошек — лапки

«Как обычно», — проговорил Леня.

Спокойный, плавный, с чарующими переливами голос Басхет навевал дрему, но засыпать Леня не хотел: невежливо это по отношению к прекрасной рассказчице. Собственно, потому он и перебивал. Подобное тоже не являлось верхом учтивости внимательного слушателя, но хотя бы не позволяло заснуть.

«В библиотеках содержалось немало книг. Имелись там и запрещенные. В самой преступной из них пресветлый правитель вычитал способ порвать ткань мира. Отвратительное заклятие, не имевшее ничего общего с перемещением через зеркала.

Собственно, потому и содержалось именно в той книге, являясь одним из способов уничтожить, а не покинуть мир».

«Сволочь», — коротко охарактеризовал Леня.

«Стали ли ферры паразитами в результате запрещенного колдовства, либо всегда являлись таковыми, я уж не знаю. Однако с тех пор они путешествуют из мира в мир, причиняя добро так, как сами его понимают, не спрашивая нужно ли оно хоть кому-то, навязывая его в том виде, каковой полагают правильным. А преследует их тот, кого ты прозвал Леопольдом: единственный вырвавшийся из агонизирующего мира ферра, некогда пасший тучные стада, а позже вымещающий свою злость на пресветлых жителях городов.

Его ведет желание отомстить. Для осуществления своей мести средств он не выбирает, а значит, не ушел далеко от соплеменников».

Некоторое время Леня молчал, обдумывая услышанное. В голове крутилось немало вопросов, но при более внимательном рассмотрении ни один из них не казался очень уж важным.

«А ты-то сама, кто такая? — наконец сформулировал он.

— Хранительница баланса, богиня, которой не нравится творимый феррами беспредел, полиция межмирья?..»

Он мог продолжать еще долго, но умолк, прерванный ее звонким смехом.

«Не то и не другое, — проронила Басхет, отсмеявшись. — Не стану лукавить, у меня тоже имеется свой шкурный интерес, к тому же мне не нравится, что творят с мирами ферры. Потому, если ты придешь и убьешь столько ферр, сколько сможешь, я точно не опечалюсь. Но главное в ином. Ты знаешь легенду о драконе и кошке?»

Леня не знал, однако кивнул.

Слишком уж сильно слипались глаза: новой истории он попросту не вынес бы.

— Я ищу дракона. — Басхет мурлыкнула. — Когда-то мы неплохо проводили с ним время, затем он пропал на целую вечность.

— Ну… уж с этим я вряд ли сумею помочь, — заметил Леня.

Басхет прищурилась, проронив:

— Кто знает? Вряд ли тот, кого ты зовешь Леопольдом, стал бы красть тело самого обычного человека.

— Только сейчас я кот.