Позывной "Яга"

– Говорил же, что отродясь ничего не терял! – радостно заключил он, помахав перед самым носом Гришки своей добычей. – Вот она, записочка-то!

Яга раздраженно выхватила из его рук бересту и, хмуря лоб, углубилась в чтение. Через секунду брови старушки недоуменно взлетели вверх.

– Что за напасть-то такая? – непонимающе посмотрев на скалящегося боярина, осведомилась она. – Здесь же ничего прочитать нельзя! Каракули одни.

– Погодь, Егоровна, – перебил старушку сидящий на ее плече Гришка, ткнув пальцем в записку.

Он сосредоточенно нахмурил лоб и выпучил глаза, силясь прочитать написанное.

– А тут, второго дня вечером… вот тут, у озера под дубом… – озадаченно почесав лоб, он медленно произнес. – А, видать, Князя и в самом деле похитили. Все складывается, как ни крути, Егоровна. Князя-батюшку похитили, а теперь выкуп требуют – пуд золотом, чтоб через два дня под деревом у озера оставили.

– Так я о том и молвил! – ликующе воскликнул Кукишев.

– Тихо ты! Не мешай. Не видишь, профессионалы думу думают! – осадил его домовой, пренебрежительно махнув рукой. – Смотри, Егоровна, здесь еще и отпечаток лапы кошачей. Никак, знак банды! Во как!

– Какой ты у меня умный да разумный! – Яга одобрительно потрепала Гришку по лохматой голове.

– Эй, колбасный ампиратор, – обратился домовой к замершему в растерянности боярину.

Побагровевший от злости Кукишев, которого панибратски-фамильярное обращение Гришки начало выводить из равновесия, отрицательно замотал головой.

– Ты, Гришка, с боярином-то по-почтительнее все-таки разговаривал бы, – наставительно заметила Яга, с трудом сдерживая улыбку. – Как ни как, цельный боярин.

Не почуяв подвоха, Кукишев важно и с достоинством закивал, подтверждая слова старушки.

– Да ну его, – упрямо мотнул головой домовой.

Притихший было Горыныч, бросив на задохнувшегося от праведного гнева Кукишева настороженный взгляд, аккуратно заметил:

– И то правда. Боярин же.

– Пусть терпит, ежели хочет Князя найти, – не унимался Гришка. – Кто он без Князя-то? Без защиты его? Так, мошенник мелкий, из-за которого честный кот пострадал.