Тень основателя

Старший святитель Храма Всеблагого, - не та должность, носителя которой могут схватить просто так, сколь бы серьезными и очевидными не были обвинения. И визит Верховного Понтифика, вкупе с двумя пятерками Псов охраны был неизбежен. 

- Могу я услышать, в чем меня обвиняют, благой отец? – Низко поклонился Веридий. Поклонился не только потому, что это полагалось по этикету. Вид Ургана Ороса, Верховного Понтифика Храма, был страшен. И Веридию приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы скрыть от главы церкви обуревающие его чувства.

 

- Обвинения? Ну что ж, изволь! – Буквально проскрежетал Урган. – Ты обвиняешься в том, что, получив надежные сведения о еретике, колдуне, последователе Проклятой, не только не попытался схватить это отродье, как это полагалось тебе по должности, но приказал не препятствовать, и даже впрямую помогать им покинуть территорию благословенной Лаоры. 

- Веридий Лиор, ты обвиняешься в предательстве Храма и светлых богов!

Как ни ожидал он подобного, но колени все равно дрогнули.

Это было страшное обвинение. Костер – в случае самого мягкого, самого милосердного приговора, на который, впрочем, имелось очень мало шансов. Были, были у Храма казни и куда страшней костра. И одну из них, он ощутит на собственной шкуре, если его аргументы покажутся понтифику недостаточными. 

- Прежде чем будет принято окончательное решение, могу ли я сообщить вам о истинных причинах моего поступка? – Веридий слегка повел глазами в сторону столпившихся вокруг понтифика Псов, как бы намекая на нежелательность чужих ушей.

 

Ненадолго задумавшись, Урган Орос кивнул. Большая часть Псов немедленно исчезла из кабинета, оставив лишь троих телохранителей, по всей видимости, пользовавшихся полным доверием понтифика. 

- Говори. 

- Для начала, позвольте задать вам пару вопросов, благой отец. Надеюсь, вы уже знаете, с кем именно столкнулись Псы, шедшие по следу одной из Детей Ночи? 

- С колдуном и еретиком! 

- К сожалению, нет. Вам стоит обратить более пристальное внимание на человека, передавшего информацию о моей измене.

– С самым печальным видом покачал головой Веридий. – Они столкнулись с паладином! 

- Это невозможно! – Понтифик отшатнулся и побледнел. Паника этого большого, грузного человека с длинной ухоженной бородой и обыкновенно спокойно-благостным выражением лица была столь необычным зрелищем, что главный инквизитор постарался запомнить её как можно лучше. Слишком редкое это было зрелище.