Сборник рассказов

Пираты притихли и уставились на чернеющую впереди точку.

- Проклятый корабль, якорь мне в печень! Как только мы приблизимся, нас всех ожидает смерть. Это знак, морского дьявола! – закричал кок.

Капитан смотрел в подзорную трубу. Порой его терзали сомнения и вера в приметы не давала раслабиться. Но большинство решает. И команда требовала выбросить приносящего неудачи за борт.

Хотя и были несогласные, но они промолчали, опасаясь гнева большинства.

Фрегат казался огромной черной птицей, спустившейся на море и дрейфующей по волнам.

Паруса болтались дырявой тряпкой, флага нет. Издалека не определить, кому он принадлежит.  

«Корнисуэлла» просто малютка по сравнению с ним.

  Под кормой раздался громкий треск ломающегося дерева. Баллер не выдержал нагрузки, дав трещину.  В нагруженном контрабандным шелком клипере, не хватило места на запасные детали. 

- Вы еще пожалеете об этом! – заорал пленный, когда его с завязанными руками толкали по доске.

Юнга слез со смотрового места. Лопнули канаты и отвалился марс, крестом упавший на пассажира, оглушив и утопив того в толще воды.

 

    Капитан вновь глянул на приближающийся корабль.

- Проклятый покинул корабль, лопни моя селезенка! – крикнул капитан. – Но осталась проблема – у нас нет запасных деталей. Тот корабль пуст, морской дьявол дери его. Мы заберем недостающие детали и починим наш.   

Старпом понимал, что человек то по сути и не был виноват во всех несчастьях, но мертвого не вернуть.

«Корнисуэлла» правым бортом едва касалась судна, возвышавшегося над ней огромным памятником.

Пираты установили трапы и взошли на него в полной боевой готовности. Даже пушки зарядили. На всякий случай.

Легким ветром колыхались дырявые черные паруса, а скрип досок под ногами эхом разносился по нижним палубам, будто они жили своей жизнью.

Половина балок и бревен прогнило, покрылись морскими ракушками и пометом птиц.

Старпом спустился на главную палубу, на которой стояли пушки. Тягучая тишина опустошения и опасности повисла в воздухе.

Он шел аккуратно, прислушиваясь к звукам корабля. Считалось, то внутри каждого судна живет своя душа и то, как себя ведет команда напрямую зависит и то, как будет вести себя корабль.

Сбившись в одну кучу, лежали ядра, покрытые едва заметной ржавчиной. А сами пушки были заряжены. Казалось время вовсе не тронуло их. Фитиль на орудиях почти полностью сгорел, будто корабль покинули в тот момент, когда они должны были выстрелить.