Черные крылья

Если он убьет этих работяг, то сильно осложнит нам жизнь.

 Между тем, дело принимало совсем уже скверный оборот – один из захмелевших лесорубов, пошатываясь, подошел к Вэлфиару и положил тяжелую ладонь на латный наплечник.

- Ты не слишком-то зазнавайся, господин-ик… Мы тут таких, как ты – не лю-ю-ю-бим!

 Остальные присутствующие поддержали смельчака одобрительным гулом и еще несколько мужчин поднялись со своих мест. Ободренный такой поддержкой лесоруб продолжил:

- Ты, может и это-ик, рыцарь! Но нас тут много, а ты – один.

- Ой дура-а-ак, - Арн взялся за голову, сквозь пальцы наблюдая, как сходятся темные брови Вэлфиара. – Амелия, сделай же что-нибудь. О! – Змееглазый щелкнул пальцами. - Если твой отец убьет этих идиотов, то нам едва ли дадут еды…

- Отец, не убивай их! – незамедлительно воскликнула девочка, на личике которой тут же отразилось неподдельное волнение.

 По виду Вэлфиара было заметно, как тяжело ему далось прислушаться к словам дочери. Черный дракон изменился в лице. В темных глазах пронеслась целая буря эмоций, губы плотно сжались и Мраконосец шумно выдохнул через ноздри. Кажется, Арн заметил две струйки пара. Подняв полный злобы взгляд на лесоруба, Мраконосец медленно процедил сквозь стиснутые зубы:

- Ты жив, лишь благодаря желанию моей дочери. Дай мне пройти и убери руку, пока я не сломал ее, ничтожество.

- Ты чё, угрожаешь мне… - начал было лесоруб, но, так и не договорив, громко заорал, заглушив хруст собственной сломанной руки, сложенной в локте пополам, но в обратную сторону.

 Один из друзей пострадавшего бросился на выручку товарищу, но сокрушительный удар в голову опрокинул задиру на пол. Видимо, отсутствие мозгов возмещалось толстым черепом, так как иной причины, по которой мужчина лишь потерял сознание, вместо того, чтобы умереть – попросту не существовало.

 Третий, не блещущий смекалкой трактирный боец, решил прыгнуть на спину рыцаря, воспользовавшись столом, как трамплином. Каково же было удивление лесоруба, когда закованный в броню воин без труда поймал его за шею прямо в воздухе и швырнул через весь зал, будто пушинку. Пролетев над тремя столами, бедолага впечатался в стену и рухнул на узкую лавку, сломав ее головой.