Очень наглая ведьма

Ему и так постоянно влетало за непочтительное отношение к посетителям — характер у никса был вздорный, задиристый, как у любого семнадцатилетнего юнца, слишком уверенного в своих силах.

— Ладно, хватит болтать, Кант, мы на работе, — Укса потрепала брата по голове и подпихнула ко мне. — Хоранна-нир, вы не против, что я возьму архидемона-нор на себя?

— На то и рассчитывала, — хмыкнула я, окинув русалку завистливым взглядом.

Нечистая, в отличие от меня, была невысокой, но аппетитно фигуристой. Перерождение лишь добавило ей шарма – некогда пепельные, как и у меня, волосы после смерти приобрели жемчужно-перламутровый оттенок, кожа — благородную бледность, а глаза из серо-голубых стали ярко-бирюзовыми, как вода Гранд-озера.

Глядя на Уксу, я порой сама хотела утопиться и переродиться русалкой — может, хотя бы так получится избавиться от моей непрезентабельной серости. Останавливал меня лишь тот факт, что если я и стану нечистью, то, скорее всего, это будет какая-нибудь страхолюдина похлеще Варги.

Кант, перехватив мой тоскливый взгляд, скептически фыркнул и потащил меня к бассейну.

— Не сравнивай себя с Уксой, — буркнул он, сжимая мою ладонь.  — Тебе ни к чему становиться такой же пустоголовой кокеткой.

От его слов мне стало легче. Не удержавшись, я притянула мальчишку к себе:

— Спасибо, вот только не думаю, что твоя сестра — пустоголовая кокетка.

Кант, вывернувшись из моих объятий, спихнул меня в воду и сам нырнул следом. Солоноватая вода забила горло и нос, и я едва не захлебнулась, но никс поспешно потянул меня на поверхность.

Его прохладные шершавые ладони едва не сдернули с меня полотенце, и я невольно взвизгнула, проглотив очередную порцию минеральных веществ.

Оказавшись, наконец, над водой, я, отплевываясь и ругаясь сквозь зубы, пыталась нащупать Канта, чтобы от души врезать ему, но тот предусмотрительно отплыл на безопасное расстояние. Проморгавшись и отдышавшись, я с самым грозным видом повернулась к никсу.

— Что-то ты совсем растеряла форму, — насмешливо заметил он, специально провоцируя меня.

— Я тебя сейчас утоплю! — возопила я, пытаясь поймать негодника, но тот, хохоча, без труда увернулся.

Некоторое время мы с Кантом дурачились, плескаясь. Топить никса было бесполезно — под водой он чувствовал себя даже лучше, чем на суше, поэтому мои угрозы были не более чем шуткой. Укса, посмеиваясь, наблюдала за нами, разминая спину довольно покрякивающего сквозь сон Кельтара.