Счастливый брак гарантирован!

– Юношеский максимализм, – понимающе кивнул вампир, – но почему вы ищите ее здесь? Обратитесь к органам правосудия.

– Позвольте мне ответить на этот вопрос, – вступил в разговор Бронислав Васильевич.

Граф неспешно перевел взгляд на банкира:

– Я весь во внимании.

– С некоторых пор я озадачился вопросом поиска своей второй половины. Антон Лукич любезно согласился мне помочь в этом непростом деле, и вот мы здесь. Вы верите в судьбу, Темнейший?

– Позвольте переадресовать этот вопрос вашей спутнице, – теперь вампир смотрел немигающими глазами на Викторию.

– Вы верите в судьбу, прекрасная незнакомка?

Виктория не знала, что ответить.

– А я верю. Вы ведь не просто так здесь оказались. Голубушка, снимите проклятье с моей жены.

– Но я его не насылала, – воскликнула Виктория.

– Конечно, нет. Это работа Изиль. Но как я вам уже сообщил, я верю в судьбу, а у меня, знаете ли, огромный жизненный опыт, вполне достаточный для того, чтобы иметь какие-то представления.

Итак, моя жена угасает, и вдруг в моем доме неожиданно появляется молодая начинающая ведьма. Для чего, спрашиваю я себя. И делаю вполне ожидаемый вывод. Либо для того, чтобы исцелить мою жену, либо для того, чтобы занять ее место. Вы что выбираете?

Антон тут же подскочил, но куда ему против такой силищи, его чуть ли не впечатало обратно в стул.

– Я постараюсь разобраться с проклятьем, – согласилась Виктория.

– Приступайте.

Она смотрела на сидящую напротив ведьму и даже не понимала, с чего начать.

Только такой ответ вряд ли понравится вампиру. На самом деле на Эйгине висело с десяток смертельных проклятий, многие из которых были нанесены с отсрочкой и только теперь активировались.

Но не зря баба Поля учила ее терпению, аккуратно расплетая узлы, Виктория убирала одно плетение за другим до тех пор, пока не освободила душу Эйгины от проклятий.

– Больше я ничего не смогу для нее сделать, – устало выдохнула.

Но результат и без того превзошел все ожидания, Эйгина подняла на нее глаза и прошептала: «спасибо».

***

Лязганье ржавых затворов, спуск вниз по лестнице. Держались все вместе: насупленный молчаливый Верихов, Петров, у которого опять заострились скулы, а волосы на голове затопорщились во все стороны, Смирнов с Соткиным, наверняка уже сто раз пожалевшие, что ввязались в это дело. За ними Антон с Викторией на руках, она исчерпала почти весь свой резерв. Бронислав Васильевич плелся в конце.