Отступники

Пираты, которые подошли позже требовали информацию вперед, и хохотали над несчастными жертвами. Те падали в воду и там, шумно отдуваясь и коптя, проклинали это приключение.

Я почувствовал укол совести. Не знаю, стоило ли мне считать себя ответственным за Олечуча, и мог ли я позволить себе такую власть, но как завсегдатай подобных «То ли еще будет» заведений, я чувствовал почти сыновью скорбь и желание помочь.

Я поковылял к публике, потрясая посохом и пытаясь привлечь к себе внимание стотри. Один из них взмахнул топором, брызнули щепки.

- Цыпленок!

- Циф? – откликнулся недовольный Цыпленок, появляясь у меня на плече.

- Граа-х, - вымолвил я, показывая на стотри.

- Циф, - посоветовал воспоминаний, не раздумывая.

- Спасибо!

Я осмотрел посох и постучал по навершию пальцем. Громоподобный стук пронесся над вздрогнувшими людьми.

- Стойте! – прохрипел я в навершие, заставляя пиратов пригнуться, а Соленых варваров остановиться от расправы с мостом. – Не трогайте мост! Пожалуйста! Я смогу потушить огонь.

Варвары не двигались, глядя на меня со снисходительным интересом. Кто-то из пиратов стал принимать ставки на исход этого в высшей степени занимательного происшествия. Я проталкивался между зевак и стотри, приговаривая:

- Да, все в порядке, колдун здесь. Дайте места, я колдун. Я колдун, дайте, пожалуйста, пройти. Посторонитесь, здесь нужен колдун.

Цыпленок на моем плече подавленно спрятал клюв под крылышко. Добравшись до моста, я остановился, понимая, что план как раз сейчас должен закончиться шумным триумфом.

- Циф! – быстро сказал Цыпленок, оценивая ситуацию.

- Это трудно! – заметил я.

- Циф!

Он был прав.

Я сорвал с тугого пояса близ стоящего стотри прямоугольную флягу из необычного легкого материала и облил себя соленой водой. С трудом выпил остатки. Потом, перекосив лицо, напряг все свои мышечные лоскуты. Грудь сильно сдавило энергией сопротивляющейся стихии, но я терпел даже тогда, когда из ушей и носа у меня брызнули тоненькие соленые струйки.

- Циф!

Я подался вперед и одновременно расслабил мышцы, упав на корточки. Мой водяной двойник тяжело обрушился на здание, окатив поднявшейся волной всех, кто был достаточно любопытен, чтобы не убежать еще с начала пожара.