Неведомые сказки

Ан не захотел. Не отскочил и не споймал.

— Вон ты о чём... — протянула Яга.

Она оценивающе поглядела на Ивана, затем вздохнула, отставила в сторону чашку, оперлась локтями на стол и примостила голову на ладони.

— Где-то раз в сотню лет в мире рождается бессмертный, — заговорила она нараспев, задумчиво глядя в сторону. — Никто не знает, ни где он появится на свет, ни от каких родителей, ни отчего так вообще случается. Живёт он себе припеваючи, от хворей и ран не страдаючи, и сил у него не убавляется, потому как жизненны силы его в кольцо замкнуты, не тратятся, не истощаются, а лишь прибывают от жара тела человечьего.

А как дотянет такой бессмертный до старых лет, переживёт всех своих родных и близких, так и мясо у него повысохнет, жир уйдёт, одни жилы да окаменелые кости останутся — об них даже коса моя затупи...

Баба Яга осеклась и пришлёпнула ладошкой рот, но Иван уже встрепенулся и в упор уставился на старушку:

— Коса? Какая коса?

Яга жалобно зыркнула на юношу, но тот лишь упрямо поджал губы.

Из угла на Ивана возмущённо фыркнул чёрный кот.

— Эхма... Какая коса... Да вот такая.

Хозяйка избушки с кряхтеньем поднялась с табурета, взяла стоявшее в углу помело, бережно сняла с него пучок хвороста и зашаркала в сени, привычно сгорбившись и что-то приговаривая себе под нос. Вскоре раздался какой-то шорох и стук, скрипнула дверца короба, стоявшего у входной двери, и на пороге комнаты показалась Яга с лезвием косы в руках. Иван слегка вздрогнул: старушечьи глаза горели незнакомым ему стальным блеском.

Уцепив костлявой рукой потемневшую от времени рукоять, Яга поставила её торчком и ловко приладила железку на место. Вокруг лезвия возникло слабое голубоватое сияние. Старушка повернулась к гостю, перехватила рукоять поудобнее — и вдруг смущённо улыбнулась.

— Костяная нога, говоришь... Какой-то умелец смайстрячил, говоришь... — обвиняюще процедил Иван и с укором покачал головой. Из коленей понемногу уходила предательская слабость. — Ты кофту-то запахни, не свети старыми костями.

.. бабуся!

Яга охнула, быстро отвернулась и начала застегивать верхнюю пуговицу. Кот издевательски хихикнул и прикрыл глаза лапой.

— Да ладно тебе, милок, — пробормотала Яга через плечо. — Нешто у старой женщи... у старушки не может быть своих маленьких секретов? Али я зло какое замышляю?

— А коли не замышляешь — чего тогда в этой глуши таишься?

— Так ведь мне тоже место требуется, где можно душой отдохнуть от забот.