Хватай и беги

С купцом лакей был, называл его как-то… Э-э-э… О! Помню, господин Гарс, Агато Гарс. У него своя аптека на Золотой Оливе и там же он и живёт. Что-то он про жену говорил, но это я уже и не помню.

— Агато Гарс, аптека на Золотой Оливе, — повторил Сид вслух. — Спасибо.

Искра отпустила Тилье, он тут же осел на земле.

— Э, а деньги?! — крикнул он в им в спину.

— Шкатулка ворованная, — ответил Сид. — Если расскажешь кому, то у тебя будут неприятности. А свои деньги ты уже получил, продав её. Так что лучше молчи.

— Да, и совет тебе, — Искра обернулась.

— Да вы… Да я… Да пошли вы все псу под хвост! Хочу и буду пить! Заладили, то мать, то сраный трактирщик, который мне же, это пиво и наливает, то вообще люди, которых я не знаю! Пропади вы все пропадом! Чтоб вам пусто было! — рявкнул он и напоследок швырнул деревянную кружку в закрытую калитку. Искры и Сида, здесь уже не было.

Рядом с сидящим в грязи господином Тилье, проснулась одна из свиней. Животное недовольно хрюкнуло, принюхалось к его руке, а затем с отвращением убрало от него рыло и отойдя на пару шагов, снова легло спать.

Джернон Тилье просидел так ещё какое-то время, а после пошёл домой. Редко он там бывал последние месяцы.

Глава 3

***

Сид и Искра тем временем уже поднимались на стоявшую на возвышенности улицу Золотой Оливы. Дома здесь стояли дорогие, в основном все были сложены добротно, из гладко отёсанного камня. Фасады зданий были разноцветные, цвета чередовались: иногда в строгой последовательности, а иногда как придётся.

Несмотря на название улицы, оливковые деревья здесь никогда не росли, вернее не плодоносили. Золотой Оливой, улицу прозвали из-за одного купца, который сказочно разбогатев, построил здесь имение, причём весьма обширное и богатое, с роскошным садом, который полностью засадил оливами. Оливы на гербе и в саду были выбраны как символ долголетия и благополучия.

Однако не получилось. Дети купца на деле оказались избалованными свиньями и довольно быстро растратили отцовское наследство. Имение было продано за долги, сад вырублен и застроен новыми домами, а название осталось. Всё-таки, очень благозвучно оно звучало.

— И где эта аптека? —запыхавшись произнесла Искра.