Бессмертные герои

А это самый настоящий рекорд для Греции, ибо царей в Аттике ловкие гречанки кадрили чуть ли не с пелёнок. Знатные женихи в бобылях долго не засиживались.

- Я согласен, - смирившись с судьбою, грустно повесил голову Эгей.

Питфей громко хлопнул в ладоши:

- Мою дочь Эфру сюда, немедленно!..

И, обгоняя друг дружку, слуги кинулись выполнять столь важное поручение.

Не был бы Питфей Питфеем пропусти он столь явную удачу нежданно-негаданно свалившуюся чуть ли не с самого Олимпа. Ясен пень, что истолковал ответ лучезарного Аполлона хитрый правитель в свою пользу.

Ай да Питфей, ай да мудрая голова.

Слуги привели Эфру, и царь Эгей вздохнул с огромным облегчением. Девушка оказалась вполне приятной наружности: не красавица, но и не какая-нибудь прыщавая уродина. Видно правитель здорово припугнул жюри конкурса красоты, иначе они бы никогда не выбрали победительницей царскую дочь, предпочтя ей какую-нибудь привычную для Арголиды страшильную образину.

Знал бы Эгей, что Питфею даже пришлось повесить одного особо несговорчивого члена жюри на городской стене, как раз над тем местом, где обычно и проходил ежегодный конкурс.

Так упрямец всё время и провисел немым укором прочим судьям, которые благоразумно избрали победительницей молоденькую Эфру.

В общем, всё хорошо было в этой девушке, вот только грудь.

Эгей с недоумением глядел на выглядывающие из декольте невесты цветные лоскутки, напиханных за пазуху тряпок.

О всемогущие боги, с кем же она на ежегодном конкурсе красоты соревновалась?

Пожалуй, Эфре подошёл бы титул «Лучшая Доска Троисены». Впрочем, Эгей не был особенно привередлив в отношении бюста у женщин. Невеста молода, лицом приятна, ну а остальное… как-нибудь само собой утрясётся и нечего античные мозги себе попусту парить.

- Я согласен, - вторично повторил царь, и Эфра ему в ответ очень многообещающе улыбнулась.

***

И случилась свадьба.

Знатная вышла свадьба (естественно, за счёт царя Эгея) всё как полагается: шум, гам, всевозможные яства, парочка драк, одно убийство, поджог квартала, где проживал исключительно демос. Единственное, что Эгея слегка огорчало, так это грудь новобрачной, вернее, её решительное отсутствие и прижимистость новоявленного тестя, правителя Питфея.