Секретарь Ада

- Ах, ну прости, -беззлобно рассмеялся Келман. – Господин Павел изволили просить привал

- Больше никогда не буду ходить пешком, - пробормотала я, падая в упругую сочную траву.

- Наймешь носильщиков? – безжалостно глумился жестокий-жестокий шеф.

- Подам запрос на пару дюжин порталов и буду везде перемещаться только так, - ответила я.

Ужасно хотелось домой. Туда, где мягкая кровать, знакомо поскрипывающие ступеньки, ласково шелестящие кухонные занавески и ветка яблони, стучащая прямо в окно. Для многих людей дом это невероятно важное место, где они могут расслабиться и погрузиться в атмосферу уюта и неги.

Для меня же дом это нечто куда более ценное. Дом мой советчик, друг, товарищ и утешитель. И еще много всего.

Это я не говорю о весьма приятной банке печенья с шоколадной крошкой, которое с каждым куском этого безвкусного батончика становится все привлекательнее и привлекательнее.

- Неужели ты действительно никогда не рассматривала другие варианты? – полюбопытствовал Михаил.

Ангел сидел рядом со мной на траве, одетый в одежду с чужого плеча, светлые волосы растрепались, а безупречное породистое лицо покрылось слоем грязи и загара.

Выглядел он совсем не как ангел и все же что-то очаровательно в этом было. Всего сутки путешествия и неприступный архангел Михаил становится похож на простого смертного, такого близкого и, словно бы, земного. Ну кто бы мог подумать!

- Наверное, по-настоящему никогда, - призналась я. – Никогда не была готова совсем отречься от наследия Темплей и жить обычной жизнью.

- Но и следовать по стопам предков ты не стала. Выбрала какой-то странный промежуточный вариант. Более того, пошла работать в Рай, туда где тебе совсем не место.

- Зачем вы это говорите? – вспыхнула я. - Вы же меня наняли! Значит, вам все равно, что я Темпль.

- Для меня важно лишь, чтобы ты работала, поэтому я тебя нанял. А фамилия меня интересовала в последнюю очередь, - ангел рассеянно смахнул прядь волос со лба и проницательно заметил: - Впрочем, вижу, что это для тебя больная тема.

Должно быть неприятно, когда лезут в то, что касается только тебя.

Эй, а вот это, кажется, был камень в мой огород. Протестую! Очеловечевание ангела это не его личное дело, а общественное! Ну, может, не общественное, но наше с ним точно. В конце концов, я ведь на него работаю.

- Не то чтобы больная, - слегка замялась я. О родовом наследии и тяжелой ноше, которым оно иногда становится, я говорить не привыкла. Собственно, не с кем мне об этом говорить.