Девичьи грёзы

— Так, коллеги, первое — у нас получилось! Осталось понять, где мы есть, — высказался де ла Мотт, отдышавшись.

— И как нам попасть обратно, — пискнула Шестерёнка.

— Обратно — легко, вот этот хвостик… то есть контур нам в помощь, — сказал Саваж.

Наверное, ему виднее, он же как-то ориентируется в изнанке мира!

А Патрик огляделся и понял, что если до того работали три могучих профессора и немного студентка, то теперь пришла пора отдуваться ему. Он оглядел все таблички с названиями, постарался вникнуть в то, что они могли бы обозначать, и преуспел.

— Пойдёмте же, посмотрим, — говорил де ла Мотт. — Интересно же, куда мы попали! Коллега, — глянул он на Саважа, — держите крепче ваш хвостик, он ещё понадобится! И вперёд.

…Когда часов через восемь они вернулись в кабинет де ла Мотта, снаружи уже наступила ночь. А за столом, разглядывая их схему, восседала профессор Марион де Саваж — декан боевого факультета.

— Куда вы говорите, Марта, они отправились? — строго спрашивала она у секретаря.

Марта, видимо, держала оборону, и держала неплохо.

— Да вот же они, профессор. Все, сколько и было. Живые и здоровые.

— В самом деле? — приподняла бровь профессор.

— Всё в порядке, Марион, — просиял улыбкой некромант и протянул супруге букет фиалок, который наглым образом сорвал на клумбе неподалёку от точки их высадки.

6. Прибытие

Татьяна с трепетом смотрела в иллюминатор — совсем скоро самолёт приземлится в Париже.

— Смотри, какая крыша!

— Да где?

— Да вон!

— Не вижу! Вижу улицы! Они клёвые! Вижу машины на улицах! Ой, пробка, прямо как у нас!

— Деревья растут!

Татьяна задумалась: а девчонки вообще хоть раз летали на самолёте дальше Москвы? Маринка-то всё время летает, её ничем не удивишь. А сама она летала… но давно. Ещё в школе. После только поездом.

Пилот сообщил, что самолёт произвёл посадку в аэропорту Шарль де Голль и всё, что там полагается.

Они дождались, пока народ вокруг разберёт свои чемоданы и сумки с багажной полки, потому что только так можно было достать их кофры с костюмами. Это вам не какой-нибудь балетный купальник, который в горсточку спрячешь, это — костюмы! У Маришки невероятного лазурного цвета хлопковый бархат, весь расшитый жемчугом.