Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Максим взобрался наверх по каменистому пригорку, сориентировался и зашагал в направлении города, насвистывая привязавшуюся мелодию. Вскоре река осталась далеко позади, и шум ее бурных вод постепенно затих. Вокруг расстилалась холмистая местность, покрытая невысокой травой. Кое-где росли одинокие деревца и чахлые кустарники. Живности видно не было никакой, впрочем, как и людей.

– Наконец-то ты один, – прошелестел совсем рядом голос из ниоткуда.

Максим остановился и покрутил головой. Может, почудилось?

– Не ищи, я невидимый, – пояснил голос.

– Ты кто? – спросил Максим. Страха он не ощущал вовсе. Возможно, потому, что в интонации невидимого собеседника не слышалось ноток агрессии.

– Я Каззан.

– Какой еще казан?

– Да не казан, а Каззан! С большой буквы и двумя «з». О великий Сулейман, как же мне все это надоело!

– Ну, Каззан так Каззан, – пожал плечами Максим, подчеркивая «з». – Чего сразу сердиться-то?

– Я не сержусь – я опечален.

– Понимаю, сочувствую. – Максим засунул руки в карманы. – Чем могу, так сказать?

– В каком смысле, о Черный Махсум? – удивился голос.

– Я не черный, не белый и не серо-буро-малиновый. Просто Махсум, вернее, Максим.

– Я буду звать тебя Махсумом.

– Не возражаю. Так в чем, собственно, дело? А то меня, видишь ли, ждут.

– Знаю – бестолковый, назойливый, изрыгающий странные словечки пустозвон Ахмед.

– Довольно точное описание, но он мой друг, а я не люблю, когда о моих друзьях отзываются нехорошо.

– Я в тебе не ошибся, о Махсум!

– Рад за тебя. Еще что-нибудь?

– Да, вот тебе вещи для твоего друга.

И к ногам удивленного Максима прямо из воздуха выпала стопка вещей: рубаха, штаны, чувяки и даже веревочка для подвязывания штанов – все новенькое, неношеное, прямо с иголочки.

– С чего вдруг? – Максим даже не притронулся к подарку, памятуя о падающих с неба галушках.

– Предположим, хочется сделать что-нибудь хорошее, просто так.

– Не верю.

– В то, что хочется?

– В «просто так».

– Ты прав, о проницательный юноша, – помявшись, ответил Каззан.

– Рассказывай, я тебя слушаю. – Максим опустился на землю и, покряхтев, сложил ноги по-турецки.

– Но ты ведь торопился?

– Ты сэкономил мне уйму времени, так что я могу часть его потратить на тебя.

– Ты добрый, – почему-то всхлипнул джинн.

– Послушай, не мог бы ты показаться в каком-нибудь обличье, – попросил Максим. – А то я чувствую себя законченным идиотом, разговаривая с пустотой.

– Хорошо, –с заминкой отозвался Каззан.