Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

– Вы сказали, что вы брат моего отца.

– Ну да! Я брат твоего отца… Али аль… аль-Маруфа! – почти выкрикнул Абаназар, радуясь, что наконец-то ему удалось запомнить имя отца. – Приди же в мои объятия, о дорогой племянник… – Колдуна опять застопорило. – Племянник… – в замешательстве повторил он, силясь припомнить имя юноши.

– Ала ад-Дин, – подсказал тот, когда пауза изрядно затянулась. – Но объятия уже были. Так что давайте пройдем в дом, и вы все расскажете о себе.

– Да-да, – поспешно согласился Абаназар, безостановочно повторяя про себя: «Только бы не забыть: Али аль-Маруф… Ала ад-Дин… Только бы не забыть… И не перепутать!»

Глава 6.

– О отец! Не прячьтесь, я знаю, что вы здесь!

Принцесса Будур, распихав узкими плечиками здоровенных стражников, закованных в кожаные, с бронзовыми набивками доспехи, ворвалась в наполненное паром помещение. Но ей преградил путь пузатый потный евнух со слащавым лицом.

– Нижайше прошу простить меня, о принцесса, – прогнулся он в низком поклоне, загораживая узкий проход своим объемистым телом, – но вам нельзя сюда вхо… Ой!

Принцесса, наморщив носик и зажав его двумя пальчиками – от евнуха несло неприятной помесью сладковатых благовоний и пота, – наступила башмачком на голые пальцы левой ноги евнуха и для пущего эффекта с нажимом покрутила каблучком.

– Ай-яй-яй! – взвыл евнух, не решаясь выдернуть ногу из-под туфельки царственной особы, и только морщился и одновременно продолжал натянуто улыбаться.

– Теперь можно пройти? – нахально осведомилась Будур, сверля евнуха неистовым взглядом.

– Н-н… – засомневался евнух, кусая губы.

– Хуже будет! – честно предупредила девушка.

– Если что, скажите вашему отцу, что я не пускал вас! – зашептал он.

– Скажу, скажу, – пообещала принцесса и убрала ногу.

Евнух выдохнул с облегчением, разгладил складки на лбу и посторонился с поклоном.

– Прошу вас, Ваше Высочество.

Будур, презрительно вздернув подбородок, свернула за угол и замахала руками, разгоняя клубящийся вокруг нее пар.

– Отец, где вы?

– Что? Что такое? – донесся слева недовольный голос султана. – Дочь наша, как ты посмела войти в баню? Мы, между прочим, здесь паримся!

Принцесса чуть повернула голову и с трудом разглядела меж клубов пара прикрывающегося тазиком отца в окружении наложниц, чьи тела влажно блестели в неярком свете масляных светильников.

– О дорогой отец, насколько я знаю, вход в баню не запрещен никому! – дерзко ответила Будур.