Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

– Не скажешь ли ты… а-апчхи!

Неподалеку от чайханы худой, изможденный мужчина подметал метлой улицу, поднимая клубы пыли, а рядом с ним стоял, умывая руки… Максим подавился куском мяса и зашелся в кашле. Ахмед услужливо похлопал его по спине.

– Что с вами, шеф?

– Ты только посмотри, кого принесло, – кивнул Максим, утирая кулаком с глаз невольно выступившие слезы.

В этот самый момент мужчина огрел метлой по спине вопрошающего его оборванного старика, в котором Ахмед без труда признал своего бывшего хозяина.

– Пошел прочь, старый ишак! Или еще захотел получить достойным инструментом по блистающей пустой тыкве? – выругался мужчина, потрясая метлой. – Ишь, еще издеваться вздумал. В гробу я видал это проклятое мастерство за два медяка! Двадцать пять лет мету улицы, а не скопил даже на похороны.

– Но я только хотел… – закрываясь руками, проблеял Абаназар.

– Что? Тебе мало? Прочь!!!

Абаназар, сгорбившись и непрестанно чихая, отошел в сторонку, оглядел чайхану и начал подниматься по ступенькам.

– Уй-юй! – Палка шашлыка выпала из ослабевших пальцев Ахмеда, и он полез под курпачу. – Опять эта старая обезьяна. И как он только выбрался из ямы!

– Ты куда? – Максим ухватил Ахмеда за штаны. – Садись и ешь.

– Не-е. Если он нас увидит… – донеслось из-под курпачи.

– Вылезай, говорю. Если раньше он ничего не смог сделать, то сейчас и подавно ничего него выйдет. Колдун он, похоже, еще тот.

– Не скажите, шеф. Я таких ужасов у него насмотрелся, до сих пор икаю, как вспомню. Ик! Вот, видите? Только что ночью не мочусь.

– Стыдись, Ахмед! Абаназар – обычный старикашка. – Максим продолжил уплетать шашлык, искоса поглядывая на вошедшего в чайхану колдуна. – Чего он стоит без своих колбочек? А заклинание – так пока он его выговорит (если вообще вспомнит), мы три раза выспаться успеем.

– Вы так считаете? – не поверил Ахмед, но все-таки выбрался из-под курпачи и сел, прикрыв левую сторону лица тюбетейкой.

– Сюда, тебя увидел, – серьезно сказал Максим. – Ты посмотри, как обрадовался!

– О-ох! – подскочил Ахмед, сильно побледнев и собрался опять лезть под курпачу.

– Да пошутил я, пошутил.

– Ну и шутки у вас! – выдохнул Ахмед, осторожно выглянув из-за тюбетейки.

Абаназар, подслеповато щурясь, прошел мимо топчана, на котором сидели друзья, и осторожно заглянул в комнатушку, где неистово гремел посудой и орудовал ножом злой чайханщик.