Жезл Ауштари

Один из стражников вцепился юнцу в рукав, другой огрел его плашмя алебардой. Удар пришёлся по плечу. Юнец стал вырываться, рукав затрещал и остался в руках у держащего. Пижон задал стрекача. Он мчался прямо на чиновников, в направлении ко дворцу Грознейшего, а за его спиной волновалась толпа и пыхтела не поспевающая варта. Лекарь замешкался, он не сумел вовремя уступить дорогу беглецу, получил порядочный удар в живот и рухнул навзничь. Воин с Главным тюремщиком ринулись юнцу наперерез, но тот ловко увильнул от обоих.

Уклонился он и от секиры, которую метнул в него Начальник варты. Тогда чужеземец отцепил от пояса арбалет и прицелился. Выстрелить он не успел: Тюремщик ногою выбил у него из рук оружие.

— Нет! — прокричал он. — Мне он нужен живым!

— Я собирался стрелять по ногам! — обиделся воин.

Но Тюремщик не слушал его. Он уже раскручивал над головою болас. Пару мгновений, чтобы прицелиться, и три разноцветных шара на бечёвке полетели пижону вдогонку. Тот, надо отдать ему должное, успел умчаться довольно далеко.

Однако шары легко нагнали юнца. Они ударили его под колено, ловко обмотались вокруг ног и нанесли ему ещё удары: раз, два, три! Пижон рухнул как подкошенный и покатился по мостовой. Чужестранец поморщился.

— Стрела не поставила бы ему столько синяков, — уязвлённо пробурчал он.

— Но она пролила бы кровь, — возразил Тюремщик. — Кровь не вода, юноша, новую кровь не начерпаешь из колодца.

Воин помрачнел. Мгновение он размышлял, затем всё же признал:

— Ты прав, почтенный! Кровь допустимо проливать лишь при крайней нужде.

Но Тюремщик и в этот раз пропустил его ответ. Он уже подбегал к поверженному беглецу, которого окружила варта, и кричал не своим голосом:

— Не сметь!!! Не сметь!!! Мне он нужен живым!

Варта принялась немилосердно пинать пижона. Тюремщик отпихнул одного стражника, дал в ухо другому, толкнул третьего. Тот ударил Тюремщика в глаз.

— Ай! Как ты смеешь?! — возмутился Тюремщик и, ловким движением выхватив у наглеца секиру, ткнул его древком в лоб. Стражник упал замертво.

— Здоядь!!! Здоядь!!! — закричал на варту Мариш. Как только пижон бросился наутёк, Грознейший с невероятной прытью подскочил к паланкину и спрятался за ним. Теперь, видя, что опасность миновала, толстяк вышел из укрытия и принялся браниться: — Здоядь, нэ дрогадь! Нэ дрогадь, он мнэ нужэн живим! — Мариш потрясал кулаками. В правом кулаке его сверкал кривой кинжал.

«Вот так, знай наших: иварца голыми руками не возьмёшь!», — не без гордости подумал Купол.