Онлайн Ведьма. День рождения Ведьмы

Стыд и негодование, наложившись на все события прошедшего дня, оказались весьма гремучей смесью.

Я орала так, что дед, похоже, даже протрезвел. Он смотрел на меня круглючими глазами и, только когда я закончила поток ругательств и гневных высказываний, произнёс:

— Ну, чисто фурия! Вся в мать.

Я вышла из Даровой спальни, громко хлопнув дверью, злая на весь свет, как тысяча чертей, а то и больше. Я даже ни с кем не попрощалась. Как была — в обблёванных штанах — так и пронеслась по дому и побежала к своей машине, даже не заметив, какая судьба постигла доставщиков деда.

Наверное, будь я не такой разъярённой, то подумала бы головой и просто пошла бы в свою спальню, смыла бы с себя всю эту дрянь, переоделась бы во что-нибудь старое, а джинсы сожгла бы вместе с дедовой шубой. Но нет, злость, как и любовь — это чувство, которое атрофирует рациональное мышление. Так и вышло, что факт своей неадекватности я осознала только заведя машину.

В этот момент в стекло с водительской стороны постучали.

— Что, уже оседлала метлу, чтобы лететь? — со смехом спросил Дар, когда я опустила стекло.

Я сделала глубокий вдох и пояснила:

— Уровень красный. Лимит моего терпения превышен.

— Я так и понял, — кивнул Дар и протянул мне обычный чёрный пакет без каких-либо опознавательных знаков. Но я была не в том настроении, чтобы заглядывать в него, так что лишь кинула на переднее сидение. — Аккуратнее на дороге, моя любимая Старая Дама!

— Иди к чёрту, придурок! — без злобы ответила я, трогаясь с места.

Отъехав на несколько метров, я посмотрела в камеру заднего вида, чтобы развернуться, и… И подавилась смехом, потому что Дар, чуть ли не сложившись пополам, очень коряво пытался твёркать, при этом показывая мне два средних пальца.

Дома я закинула испоганенные джинсы на дно корзины для белья, благополучно забыв о мамином подарке на несколько месяцев.

Там меня ждала пижама с обкурившимися собачками.

Я нарядилась в эту максимально странную пижаму, сварила себе кофе на новенькой кофемашине и села на балкон, чтобы проводить свой двадцать восьмой день рождения. В тот момент я поняла одну простую истину: какой бы абсурдной, нелепой и бесячей ни была моя семья, я всё равно любила её.