Время клятвы

– Что с господином Эбботом? – спросил оруженосец. – Я видел его… тело.

– Не беспокойся, он в порядке, – ответила Люмора. – Если бы в дело не вмешался сатир, все могло бы сложиться иначе.

– Сатир? – удивился мальчишка.

– Да, сатир, – кивнула Люмора. – Пока ты спал, он решил воспользоваться Туманом и обокрасть нас. Снял с твоей шеи табакерку, начал возиться в наших вещах. К счастью, Август проснулся, и чудище бросилось наутек. Господин Полоний сразу разбудил остальных. Если бы не он, то, очнувшись, ты бы принял нас, спящих, за каких-нибудь гадких созданий и заколол кинжалом по приказу Тумана.

– То есть этот сатир невольно… спас вам жизнь? – удивился мальчишка. – Извините, – добавил он тихо. – Я подвел вас…

– Перестань извиняться, – перебила Люмора. – Лучше гляди в оба!

– Хорошо, – шмыгнул носом парень. – А вы уверены, что этот сатир не мог быть очередной… – он замялся, – очередной... гнусностью? Ну, порождением Бога Нуса?

– Порождения Тумана не способны брать в руки обычные вещи, – объяснила Люмора.

– Вы догнали его? – допытывался оруженосец.

– Тише! – шикнула Люмора. – Сейчас все узнаешь!

Они вышли на небольшую поляну, где их уже ждали, отмахиваясь от роя суетливых комаров, Эббот, Полоний, Рокуэлл и…

– Это он? – выдохнул мальчишка, глядя на размозженный череп сатира.

– Моя работа! – ухмыльнулся тролль, весьма довольный собой.

И действительно, такую работу было ни с чем невозможно спутать.

– Не удержался от соблазна, бедолага, – с притворным сочувствием произнес Ирвин, переворачивая ногой труп. – Полез в табакерку. Ну и…

– А ну-ка подойди сюда, щенок! – Барон пальцем поманил к себе оруженосца.

– Стой! – Люмора взяла мальчишку за локоть. – Барон, ваш оруженосец сегодня проявил стойкость и героизм, пытаясь защитить вас… во всяком случае, он и правда считал, что вас… от опасного противника!

– Этот мерзавец уснул на посту! – вскипел барон.

– Мальчик искренне раскаивается, – продолжила Люмора. – Он хотел искупить проступок собственной кровью! Он готов был пожертвовать жизнью и сделал бы это, если бы не появилась я! Вы должны не ругаться, а гордиться тем, что воспитали такого преданного оруженосца! Ларс, я верю, что кроме отваги вашему пылкому сердцу не чуждо милосердие.