Время клятвы

Он стрелял то из одного, то из другого камня амулета сгустками чёрной магии, а гвардеец шептал заклинания, отступал, вытянув руки, и с кончиков пальцев срывались и гасили вражеские заклинания пурпурные чароиты. Затем амулет Полония вспыхнул всеми четырьмя камнями. Высвободившаяся тьма взревела, набросилась на Ирвина и повалила его на землю, пытаясь задушить.

– Примите смерть достойно, господин Эббот! – советовал жрец. – Как настоящий мужчина!

– Эпи́тэс! – выкрикнул задыхающийся Эббот, взмахнув ладонью.

Мерцающий шар, все это время болтавшийся под потолком у входа в пещеру, молниеносно сорвался с места, и Полоний, ощутив удар в лицо и страшную резь в глазах, свалился на мозаичный пол. Истративший заряд амулет выскочил у него из руки, испуганно задребезжал и погас.

Темнота выпустила Ирвина из объятий, после чего развеялась в свете факелов. Неуклюже поднимаясь на ноги и заходясь в страшном кашле, гвардеец дрожащими руками схватил железный посох. Жрец лежал на полу, из его разорванного правого глаза сочилась кровь.

– Возвращаю тебя обратно во тьму, Август!

Ирвин замахнулся, чтобы размозжить посохом голову, но в этот момент Полоний вскинул левую руку, и в ней вспыхнул ещё один амулет. Эббот отшатнулся, почувствовав, как зловредная магия врывается в его тело, сдавливая кости, и послал из разума магический импульс. Пока гвардеец разгонял магию по собственному телу, очищая его от скверны, Август спешно поднимался на ноги, вытирая кровь.

– Сколько у тебя их ещё? – криво улыбнулся он, перестав чистить тело и начав накачивать голову магией.

– Столько, сколько вы разрешили взять с собой, господин Эббот, – парировал Полоний, невозмутимо глядя на Ирвина ослепшим глазом и доставая из внутреннего кармана чёрного балахона очередной заряженный амулет.

В ответ на это гвардеец ухмыльнулся, показав на посох, который он всё ещё держал в руках.

– Пора и мне вспомнить давно забытые навыки! – объявил Эббот, отойдя на почтительное расстояние. К нему вернулась прежняя уверенность. – Жрец! Смотри и учись, пока я жив!

Полоний растянул губы в снисходительной улыбке. Камни амулета вспыхнули, и из них начали яростно вырываться чернокрылые вороны с горящими глазами.