Время клятвы

Ноги Рокуэлла подкосились, и он рухнул на колени. Даже свет фиолетового шара дрогнул в это мгновение. По ту сторону прохода продолжалась ожесточенная резня, а обрадовавшаяся Тьма вновь заключила барона в объятия, но ему было все равно. Бледный, изможденный, бессмысленно сжимающий в руках Булаву Возмездия, Ларс Рокуэлл потерянно смотрел на высокую плиту, перекрывшую каменный проход. Из глубин души поднималось старое, почти забытое чувство обречённости, когда на его глазах гибли лучшие друзья и он ничего не мог с этим сделать.

Что-то щёлкнуло в коридоре. Каменный пол начал медленно опускаться. Ирвин и Люмора сразили последних скелетов, и их взору, как и взору барона, предстала страшная картина: Хирас, залитый кровью, лежал без движения, с неестественно вывернутыми руками и ногами, словно тряпичная кукла.

– С… С-с-сыно… – попытался что-то сказать Рокуэлл и, задыхаясь, закрыл лицо руками.

– Август! – крикнул Ирвин, бросившись назад, но жреца нигде не было.

Однако Август вряд ли бы смог чем-то помочь.

Всё было кончено.

Люмора подбежала к протягивающему дрожащие руки барону, обняла его и заплакала вместе с ним. Гвардеец обессилено опустился на пол и схватился за голову.

На несколько минут коридоры, никогда не знавшие печали, наполнили рыдания.

Где-то там, в комнате за стенкой, при красном свете мантии, разгоняющем тьму, жрец Полоний тяжело вздохнул.

Он понимал, что не мог поступить по-другому.

Именно так гвардеец Эббот не сможет сделать с ним то, что собирается сделать с остальными.

Глава 12. Кровь из Камня

– Ларс…

– Оставь меня!

– Дорогой…

– Отойди!

Фиолетовый шар, застывший над головами компаньонов, выхватывал из мрака массивные своды просторной пещеры. Рокуэлл сидел на камне, невидящим взглядом уставившись в пол. Люмора была рядом и задумчиво гладила его по светлым волосам. Томас снова ушел на разведку, а помрачневший Ирвин, растянувшийся на полу в углу и закрывший глаза, собирался с силами и о чем-то размышлял.

– Ларс, – девушка снова попыталась заговорить с возлюбленным, – если тебя это утешит…

– Замолчи! – стиснул зубы барон. – Я знаю, что ты мне скажешь! Что я бил его, издевался над ним каждый день, а теперь лицемерно причитаю тут, когда он… там… – Рокуэлл в сердцах махнул рукой, и на его глазах выступили слёзы.