Цвет Альвов

Привычный к пещерам гном лучше светлого эльфа видел в темноте, а потому именно он заметил удобную яму, образовавшуюся под корнями упавшей сосны. Просто удивительно, как ни один медведь не облюбовал себе её в качестве зимней берлоги. А, впрочем, для медведя она могла оказаться тесноватой. Или, может, тут не водятся медведи? Так или иначе, но для двух альвов это маленькое убежище могло стать неплохой защитой от ветра. В идеале было бы ради сохранения тепла ещё прижаться друг к другу… но Брокк представил, как обнимает голого эльфа, и зарылся в песок чуть не по шею.

 

Во сне он говорил с землёй. Теперь слова, пусть и волшебные, были не нужны: Брокк видел, как эти холмы и равнины накрывает плотный панцирь льда, а потом истончается, становится гибким и влажным, как язык слизывает горы, смягчает неровности, уходит на север, оставляя по себе влажный след многочисленных озёр, роняя глыбы гранита, занозами впившиеся в лёд за сотни километров отсюда…

Гном открыл глаза. Он улыбался. Вокруг была хорошая земля. Чужая, но хорошая.

Она не причинит им зла только потому, что альвы пришли извне. Брокк выкопался из своего углубления и посмотрел на эльфа почти с нежностью – хоть тот и был светлым, но его предки так же произошли из тела Имира, как и предки цвергов… Мер лежал, свернувшись клубочком, трогательно сложил ладошки под щекой. Гном испытал даже что-то вроде приступа умиления. Ну надо же! Умиляться, глядя на водного ши! Интересно, они все такие синенькие? Стоп! Синенькие?!! 

Брокк подошёл поближе и потыкал в эльфа пальцем.

Наощупь тот оказался холодным, жёстким и немного влажным.

– Э-эй! – позвал гном и потряс альва за плечо. – Как там тебя? Мер? Не спи, замёрзнешь!

Эльф не отозвался. Вообще не подал никаких признаков жизни. Гном грязно выругался, подхватил тщедушное тельце и встряхнул. Мер и на это никак не среагировал. Брокк прислонил светлого к выворотню и засадил с правой в челюсть. Эльф застонал, схватился за щёку и приоткрыл глаза.

– С ума сошёл? – жалобно протянул он. – Ты чего дерёшься?

– Вставай, сейчас ещё отвешу, – пообещал гном, подталкивая товарища по несчастью ногой.

– А не мог бы ты, – недовольно пробубнил эльф, потирая ушибленную и плохо слушающуюся челюсть, – оставить меня в покое? Я так хорошо спал…

– Ага, видел, – прогудел Брокк, делая замах.

– Ладно, ладно, припадочный… – Мер медленно и неохотно встал, пропустив несколько тычков от гнома. Преимуществом ши всегда были ловкость и быстрота, но сейчас задубевшее тело едва слушалось.