Башня Владык. Том 4.

И то, я запомнил это по большей части из-за абсурдности… Ну иного слова даже не подобрать при всем желании!

Вы только представьте:

Мы решили заночевать, развели огонь, сидим, болтаем… И тут из темноты на нас выкатывается мужичок, лет 40, весь оборванный, зато с ножом в руке!

До нас ему не хватило докатиться около двух-трех метров, так что дальнейшую картину мы наблюдали в мельчайших деталях:

Вскочив словно ужаленный, мужичок нервно заозирался, а вот наткнувшись на нас взглядом он аж отшатнулся! Но собрался с силой духа, сжал нож покрепче и видимо приготовился к бою…

Так и стоим, он с ножом в руках и выражением лица полным решимости, и мы, ахреневаюшие от происходящего.

Затем, это чудо природы, посетила глупая мысль, которая видимо прикинулась умной для этого конкретного индивида, а именно:

«Они не нападают на меня из-за того, что боятся! Значит я сильнее их!», ну покрайне-мере я не вижу других причин его словам:

- Эй вы! А ну-ка отдавайте нам все ценное, что есть у вас! – и нелепо начал размахивать ножом.

- Нам? – удивленно вздернув одну бровь, спросил Ортис с улыбкой.

- Ценное? – странно задумавшись произнесла Ната.

Повисла неловкая тишина. Мужичок пытался пересобрать свою парадигму, но судя по выражению лица, что напоминало выброшенную на берег рыбу, то получалось у него так себе…

- Да, нам! Мы вас окружили! – вздернув нос, наконец он собрался с мыслями, и выдал это заявление.

И на самом деле, вся эта история могла закончиться без смертоубийства, но, как обычно и бывает, один идиот слишком заволновался и пустил в меня стрелу, из кустов.

Видимо из него такой же лучник, как из меня. То есть аховый. Стрела пролетела над моим виском, обдав уши холодным воздухом, и полетела себе дальше, прямо в Степану, и тоже не попал.

Не попасть с метров тридцати-сорока, это надо еще постараться, но у него отлично получилось, причем сразу по двум целям не попал. Хотя, возможно, он был наоборот слишком хорош, и это было сделано специально… Но нам уже не узнать.

Степане очень не понравилось подобное отношение, так что уже через мгновение в кусты влетела смутная тень, и оттуда раздался душераздирающий вопль, быстро превратившийся в едва различимый слухом хрип… Сначала один, потом второй, третий… и вот, спустя меньше, чем минуту, лес погрузился в прежнюю пучину спокойствия и умиротворения.

А Степана вальяжно вышла из-за деревьев, с мордочкой, полностью измазанной в крови.