Шерсть Имею.

Мокрая, лежит в постели, трясется от озноба. Ладно хоть пара конфет осталась, обсудим сложившуюся ситуацию.

- Юля, доктор придет, если скажут ехать в больницу – поедешь.

- Нет, солнышко. Я тебя на кого брошу?

- Послушай меня, женщина. Я готов ждать, пока тебя лечат. Я не готов ждать пока ты сдохнешь. Вода есть в кране. Еда есть… не скажу где, но есть. На самый крайний случай – переберусь к питону с кошкой… Хорошие ребята, хоть ты их и не знаешь. Ладно, ты выздоравливай, потом познакомлю.

Вскоре в дверь постучали.

Я открыл замок и отпрыгнул за вешалку, дескать, автоматика сработала.

В коридор зашла маленькая, но очень квадратная женщина. Роговые очки на суровом лице выглядели, как картины Пикассо в широкой и ветвистой раме, волосы были подстрижены так, словно бы на них собирались клеить магнитики после дальних поездок, а рубленая челюсть явно была с боем взята у Сильвестра Сталоне. Вместе с широкими плечами и полным отсутствием талии складывалось ощущение, что в коридор вкатили тумбочку с выдвинутыми ящичками.

Доктор оглядела квартиру в поисках незримого дворецкого, после чего натянула бахилы на армейские ботинки и вошла в комнату, поскрипывая суставами.

Юлька тем временем уже добралась до той стадии болезни, когда мультфильмы можно смотреть и без телевизора. Улыбнувшись гостье, она пролепетала что-то вроде «А я не помню, гогда гупила этот шифанер» и попыталась положить шаль в одно из ближайших отделений. Вынув из кармана колючий подарок, врач бросила его в кресло, где и обнаружила меня.

Я сидел там, весь из себя тихий, смиренный, потому как Юлькина температура в тридцать девять и два заставляла меня судорожно рыться в списке богов, о которых я хоть раз слышал в попытке помолиться хоть кому-то, лишь бы ей стало легче.

Врачица посмотрела на мои молитвенно сложенные лапки и под тост «Твою мать!», глотнула из бутылки оставшееся светлячковое вино. Это мы с Хозяйкой из подвала принесли, чтобы не оставлять улик после визита к сантехникам.

Что я вам скажу… Сильны наши медики. Или в институтах их так закаляют, что выпить можно все, что горит, не нанося вреда здоровью, либо у них за время студенческой жизни, интернатуры и лет работы на ниве спасения населения вырабатывается стойкий непобедимый иммунитет.

Короче, эта жижа, что совсем недавно зазомбировала тоже не новичков на алкогольном поприще в лице сантехников, врачице ну вообще никак не навредила. Слезой маленько прошибла, да заставила занюхать моей спинкой, а так – проскочила за милую душу.