ВИКТ

— А я тебе, значит, не нравлюсь?

— Да не в этом смысле! — вспыхнул Франкенштейн и встал. Так резко, что мне пришлось поймать стол, чтобы с него ничего не грохнулось. — Твоя местная наружность попала в идеальный образ внешности девушки мечты Зигфрида, — он начал мерить кухню шагами. — Будь ты мужчиной или веди себя, как должен вести себя в нашем с ним представлении маг, всё было бы проще. Наши с тобой отношения вообще в другой области.

— Эм… Оу… — протянула я, растерявшись. — Я не представляю, что в тебе сейчас происходит, но сочувствую.

— Серьёзно? — он остановился и уставился на меня, как будто я предложила ему выйти на мост без скафандра. — Как, интересно, ты можешь помочь?

— Ну, я могу сменить своё лицо, — я пожала плечами. — Или изменить идеал Зигфрида.

— Смена лица никак не поможет, потому что настоящее всё равно тебе принадлежит, — Франкенштейн вздохнул и покачал головой. — А вмешиваться в разум… Я против этого.

— Ну как угодно, — я пожала плечами.

— Как мне… — он, видимо, наметался по кухне и снова сел.

— Ты не можешь переключить свои эмоции и заставить себя перестать их испытывать, — я грустно улыбнулась. — У нас нет выбора. Думаю, со временем это пройдёт. Не нужно торопиться.

— И для тебя это будет нормально? — Зигфрид изогнул бровь.

— Мы всё равно ничего не можем с этим поделать, так что не вижу смысла устраивать истерики, — я откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди. — Так тебе действительно внезапно стала интересна Магерия?

— Я хочу найти причины избавиться от ненависти к магам, — он улыбнулся.

— Вот как, — я усмехнулась. — Насколько я знаю, в ваших инструкциях есть рекомендация минимизировать общение с ВИКТ. А ты через столь короткий срок начинаешь искать, как бы обойти правила вашей же доктрины. Ничего тебя не смущает?

— Меня тут двое, как ты помнишь, — он поджал губы. — И если один и рад бы слепо следовать ей, то второму надо докопаться до истины самому.

— Тогда можешь почитать документалки, — я пожала плечами. — Когда на Инженерии начали писать романы, выдумывать истории, магам эта затея понравилась. Но поскольку ничего выдумывать мы как раньше не могли, так и теперь не можем, наши авторы пишут только документальную литературу. Довольно художественно с точки зрения стиля, но очень близко к тому, как было дело.

— Да? — Зигфрид оживился. — И про магерийские военные кампании тоже?

— Охтыж… — я покачала головой.