Главы из истории Таама. Выбрать путь.

— Все равно бы кто-нибудь нарушил условия договора.

— Зачем?!

— Быть честным и соблюдать глупые условия, когда речь идет об источнике силы? — скептически усмехнулся Карон.

— Да! Так древние таамовцы и должны были поступить. А каждый думал только о себе! Эгоисты!!! — глаза Германа горели праведным гневом, — Из-за их глупости на Юге до сих пор живут эти мерзкие темные...

Последние слова были произнесены с такой неприязнью, что Карон возмутился.

— Темные маги и раньше были! Читай внимательно! Они со Светлыми — один народ!

— Вранье.

Опечатка. Темные — просто монстры кровожадные, ничего общего у них с нашими магами нету!

—Зачем я вообще с тобой спорю? Зачем готовиться помогаю? — Карон сердито захлопнул учебник, — Все равно ты завалишь сегодня экзамен, и поедешь к себе в деревню! Вот там и будешь рассказывать, какие темные монстры... Ладно, идем!

Карон вышел во двор. И тут взору его предстала возмутительная картина! На аккуратно подстриженной газонной травке, растущей под окнами их домика, четко виднелись борозды колес.

Тут же стоял велосипед. Рядом возилась с темноволосая девушка-полуэльф в нелепых очках, формы «кошачий глаз». Вероятно, она ехала по асфальтированной дорожке, между домами, а когда велосипед сломался, откатила его в сторонку, чтобы не мешать прохожим.

― Но это ведь не означало, что его можно ставить на наш газон! Мало мне одного Германа, который все в доме портит, теперь еще эта! ― возмущенно подумал Карон, и подойдя к девушке, спросил, ― А вы не знаете, что ездить по чужому газону ― невежливо?

― Я знаю, что невежливо: начинать разговор, не поздоровавшись.

Потому, доброе утро, мьер!

― Добрым оно было до того, как вы проехали по газону, мьес.

― Не проехала, всего лишь припарковалась.

— Может, не стоит спорить? Кто вступает в спор, зная, что неправ, тот выглядит глупо.

— Рада, что вы это осознаете. Но вам волноваться не о чем: выглядеть глупее, чем сейчас вы вряд ли сможете.

— Я — глупый?!

— Обратите внимание: вы сами это сказали.

— Перестаньте язвить! Всю траву помяли!

― Вы всегда так нелогичны?

― Уберите свои колеса!

― Значит, всегда.

Вышедший из дома Герман с нескрываемым удивлением наблюдал за разгорающейся ссорой. Происходящее нельзя было назвать обычной перепалкой. Скорее подошло бы выражение "словесное фехтование:" ни Карон, ни его собеседница, не позволили себе грубого слова, даже не повышали голоса. И, тем не менее, умудрились наговорить множество остроумных оскорблений.