Оракул Смерти

Я немного объелся, — произнес Ужас и, выдав что-то вроде отрыжки, продолжил: — Поэтому пойдем не спеша. Ворота с этой стороны закрывают позже обычного. Хоть пешком иди, всё равно успеешь.

— Какие ещё ворота?

— Как это, какие? Городские ворота конечно! Конкретно именно эти называются Ремесленными. Есть еще Торговые и Главные. И открою тебе ма-а-аленький секрет — город окружен стеной.

— Понятно, я, видимо, забыл, где нахожусь… Города, стены, ворота… Память, у меня не подходящая под здешние условия.

— Провалы в памяти?.

Приехали мы в город, прошли ворота — две громоздкие, потемневшие от времени створки. Не успел я порадоваться, что стража не проверяет приезжающих, как к нам подошел седобородый человек в бирюзовом балахоне. Сразу поприветствовал, вставая у нас на пути.

Краем глаза я заметил, как стража вытянулась в струнку.

— Добрый вечер! — монотонно пробубнил «бирюзовый». — Молодой человек, в связи с последним указом гильдии ремесленников, мы проверяем метку свободного работника и содержимое сумок.

— Во попали-то… — мысленно произнес Ужас. — Тут же, на этих вратах, каждый мастеровой на счету. Без метки, считай, и не выпускают через эти ворота.

— Не бзди, Ужас, прорвемся.

— Ты это… — испуганно произнес конь. — Только без этих своих штучек. Око магию в тот же миг заметит! Глазом моргнуть не успеешь, в казематах окажешься.

Я спрыгнул с коня, закатал рукав. Человек в балахоне с каким-то прямоугольным прибором в руках ждал меня. Он поводил над моим плечом и немного удивился, не найдя меток, кроме родинок.

На его немой вопрос «Чё за?..», который только слепой не прочитал бы по лицу, я поспешил ответить:

— Дело всё в том, что мне не повезло с порталом. Я вместе со своим конем угодил в рудники. Поэтому и вошел через эти ворота, через Ремесленные, так как другого пути не увидел.

Он как-то странно на меня посмотрел, прямо в глаза. Я почувствовал что-то лишнее в мыслях и так же мысленно отмахнулся от этого, на всякий случай попытался придать лицу выражение полной невинности.

— Ну что ж, бывает, — сказал «бирюзовый», — пройдёмте к стойке, заполним несколько бумаг. В этом году у нас записывают всех гостей.

Мы подошли к навесу, где стоял стол, на котором ворохом навалены свитки и листы. Он выдернул один листок и присел за стол.