Оракул Смерти

— А откуда тут паленым так воняет?

Я осмотрелся — места недавнего пожара слабо дымились, источая вонь.

— Скелетами. Горелыми скелетами и их тряпками. А ты думал, от них будет запах, как от благовоний?

Трилли спустилась к нам и, немного покружив, заговорила возмущенно:

— Еще минуту назад не было такого запаха. Я... я просто не понимаю... Мощная должна быть магия, потому что я не почувствовала изменений. Просто появился запах — и всё тут!

— О-о-о, вот это уже серьёзно! — воскликнул я. — Как вас угораздило забыть мой бой со скелетами? Он же только что был!.

Вышли обратно в коридор, прошли дальше немного — впереди темнел еще один пролом в стене. 

Фея заметалась, сказав, что она чувствует стихию земли. С момента похищения эта связь прервалась, а теперь восстановилась. Трилли напросилась на разведку вперед и пообещала быть осторожной.

Ожидая ее, мы с Ужасом топтались возле разлома, прислушиваясь к доносящимся оттуда звону, кряхтению, ударам.

Похоже, проклятые катакомбы и узкий коридор для нас закончились.

9. Дорога в город

Заглянув в разлом, я увидел тоннель, своды которого подпирались массивными балками. Ритмичные глухие удары и эхо голосов здесь были слышны отчетливее. Надеюсь, это рудокопы, и они нам подскажут, где выход.

Ужас посмотрел на разлом в стене, потом на меня. И выдал:

— И как я, по-твоему, здесь пролезу? Я же не фейка какая-то, чтобы в любую щелку соваться.

— Способ найдется, можешь не сомневаться. Ха-ха. Но до крайностей доводить не будем. Давай сниму с тебя сумку, мне как раз надо обувку достать, — предложил я и взялся за сумку. 

Конь вдруг резко отпрыгнул от меня.

— Ботиночки, небось, со шпорами хочешь надеть, да? — пятясь, спросил он. — А зачем? Тебе же и босиком неплохо, а я постараюсь больше не засыпать на ходу.

Я поначалу опешил, но решил не давить:

— Ну и сиди… То есть, стой тут. А я пошел, — развернулся и шагнул в сторону разлома: — Я хотел помочь тебе выбраться отсюда. Без сумок ты здесь точно пройдешь и не застрянешь. 

Сделав еще шаг, я остановился, сел и принялся копаться в сумках — обуться все-таки было надо. Ужас едва слышно пробурчал, что на свободу он тоже хочет, а подземелья ему уже поперек гривы.