Оракул Смерти

— Так, ладно, — выдохнул Кардайл. — Если ты еще жив, значит, еще не всё потеряно.

Кажется, он успокаивал больше себя, чем меня.

— Мне нужно время, и ещё кое с кем встретиться. Ты же сейчас отправишься обратно в свою комнату. И сидишь спокойно, ждёшь. Без приключений!.. Очень прошу тебя.

— Я постараюсь.

— От доспехов избавишься… А, лучше вот, — Кардайл подошел к богато украшенному комоду и извлёк из ящика предмет размером с спичечный коробок, протянул мне. — Сложишь доспехи сюда, нажмешь вот сюда. Доспехи вернутся к своим владельцам… Не надо так смотреть на меня.

Зажмёшь пальцами в этих местах, и упаковка примет нужный размер. И камни эти… Постарайся ими больше не светить в городе. Могут ведь реально наказать.

— Ладно-ладно, я всё понял. Доспехи первым делом отправлю.

— Маррэлл долго ругался, когда не нашел свои доспехи. Они ему чуть ли не в сто монет обошлись. Спецзаказ… А, уж ту шутку с оружием они тебе обещали припомнить. Зря, ты их в живых оставил. Приложил ты их, конечно, мощно. Потом расскажешь, что это было за проклятье такое, что даже нашим ведунам не по силам было его снять.

Сами они выздоровели буквально лишь на этой неделе.

Кардайл махнул рукой, открыл портал. В овале показалась знакомая комната в гостинице.

— Ну, давай, — махнул он.

Я зажмурился для верности и шагнул внутрь.

Шум дождя и раскаты грома, слабо приглушенные хлипким окном, и хлопок портала за спиной подсказали, что уже можно открыть глаза. Портал пройден.

Привыкнув к шуму, я уловил голоса феи и коня, причем конь разговаривал в полный голос, никого не стесняясь.

И это у меня в комнате! Вот она, вся как на ладони. Но где он мог спрятаться, ума не приложу. Не в сундуке же прикроватном, явно.

Хотя тут может всякое случиться.

Усмехнувшись собственным мыслям, я оглянулся в поиске источника голосов. Взгляд остановился на шторе, прикрывающей окно наполовину, а точнее — на светлом пятне, как от настольной лампы. Отодвинув занавеску, увидел Трилли, сидящую в плошке с цветком и облокотившуюся на стебель, как на спинку стула.

Напротив неё стояла еще одна плошка с цветком на толстом стебле — завязь похожа на подсолнух, только по ободку тянутся красные лепестки со слабым красным сиянием. А в середине цветка — экран, на котором и была морда Ужаса.

Ужас меня тоже заметил, но, видать, не ожидал. Увидев его изумленный взгляд в обрамлении красных сияющих лепестков, я не сдержал смех. Согнувшись пополам и держась обеими руками за живот, хохотал что было сил.