Путь Истины

Вместо длинных волос была солома, придававшая даме слегка растрепанный вид. Торфяная рука с длинной палкой была отведена в сторону, как будто женщина хотела напасть или, наоборот, защищалась. Ах да. На круглом лице статуи, от лба и до подбородка, белым мелом была нарисована широкая полоса, словно кто – то кисточкой с белой краской мазнул посередине.

Пашка, широко улыбаясь, ткнул Маху в бок.

- Никого не напоминает? – друг, как и все остальные, не мог не заметить выдающихся достоинств памятника.

- У тебя и в этой дыре есть поклонники, сладкая? – куда же без комментариев Адриана.

- Ну-ка, прими соответствующую позу, - тоже вставила я свои пять копеек.

Машка сначала закатила глаза, а потом, рассмеявшись, растрепала свои светлые волосы, чтобы они легли гнездом, встала перед статуей лицом к нам и задрала руку с шином, оскалившись для натурализма. В этот момент сквозь густую крону деревьев каким-то образом пробился одинокий лучик солнца и упал ей прямо на лицо, как белая полоса у статуи.

По всему болоту пронесся то ли ветер, то ли вздох, и вода задрожала. Наш торфяной островок тоже завибрировал. А потом кочки начали подниматься, являя нашему взору сначала уродливые жабьи лица с выпуклыми глазами, приплюснутыми носами и очень широкими, тонкими ртами, а затем и обмотанные тиной и ряской колодообразные тела с руками, оканчивающимися нереально длинными пальцами.

О, Господи, все это время мы прыгали по их головам!

Одновременно с тем, как страшные болотные жители поднимались, стал нарастать ритмичный гул, в котором совсем скоро мы уловили три повторяющихся слога. «Ки! Ки! Ма!», дружно скандировали существа, шевеля тонкими губами. Их рыбьи глаза были устремлены на Маху, от удивления замершую перед статуей все так же с шином в руках и в красивой позе.

Ки! Ки! Ма! Страшилы, поднявшиеся из воды, двинулись в нашу сторону, со всех сторон окружая остров.

Нервно оглядываясь, мы достали оружие, и попятились к статуе.

И тут из болота на площадку со всех сторон поползли тонкие зеленые веревки. «Змеи!» - с ужасом подумала я, и приготовилась топтать их ногами и рубить шином до последнего.

Но это оказались не змеи, а длинные ленты ряски, которые совершенно никак не перерубались мечом.