Проклятие заброшенного замка

— Мы не стесним вас. Еда и питье у нас с собой...

— А учтиво вламываться без разрешения и приглашения туда, где люди отдыхают от трудов праведных и занимаются своими делами, которые вас не касаются, да и касаться не могут? — едко спросил брюнет с серьгой.

Бренд скользнул взглядом по рукояткам кинжалов, торчащих за кушаками сидящих напротив него людей. В его душу начали закрадываться смутные сомнения.

— О, если бы здесь была еще одна комната, — продолжал оправдываться Элия, — мы бы охотно заняли ее, но... Если вы желаете, мы можем оплатить ваше гостеприимство.

— Конечно, вы оплатите, — сказал третий, до сих пор молчавший, человек, отличительной чертой которого была намотанная на голову красная тряпка. — Знаешь ли ты, жбан благочестия, и ты, каллеронский ублюдок, с кем разговариваете?

— Кажется, знаю, — взгляд Бренда стал холоден, как горный хрусталь. — С трусливыми шакалами, грабящими забитых крестьян и одиноких беззащитных путников. Посмотрим, как вы завоете, встретив волка, пусть даже каллеронского происхождения.

— В чем-то ты прав, северянин, — хищно оскалился черноволосый обладатель серьги. — Да, ты правильно догадался. Мы — разбойники. Но не шакалы, а вольные лесные волки. Хозяева этих земель. Не чета тебе, приблуда. Юбочник.

— Гарубан, — воскликнул курносый. — Позволь, мне вышвырнуть этого волосатого урода туда, где ему место — на кучу дерьма!

— Изволь, — улыбнулся главарь.

— Дети мои, — еще раз попытался призвать к миру Элия.— Может быть, все-таки разойдемся по-хорошему?

Разбойник, не обратив внимания на его слова, вскочил на ноги и, поигрывая вытащенным из-за широкого пояса кривым кинжалом пошел к Бренду.

— Ты считаешь себя отважным боевым котом, бесштанный? Посмотрим, как ты завизжишь, когда я подрежу тебе уши. Ого! Я вижу золотишко в твоем левом ухе. Сгодится для начала!

Его рука с оружием метнулась вперед, но еще быстрее поднялась навстречу кисть Бренда, перехватив запястье атакующего. Лучник резко рванул разбойника на себя, упираясь одновременно ногой ему в живот, и перекувыркнулся через спину назад.

Бренд все еще продолжал удерживать его руку с кинжалом. Не давая противнику опомниться, ударил предплечьем левой руки по вывернутому локтю разбойника. Раздался хруст, сопровождаемый криком боли и бессильной ярости.

— Ну вот.