Проклятие заброшенного замка

— Сохранит и в этот раз!

Элия обиженно засопел, а Бренд продолжал:

— Не переживай, друг, мы уже почти у цели...

— Все, о чем я мечтаю сейчас — это горящий очаг, крыша над головой и кружка горячего каллеронского вина с пряностями...

— Боюсь, я не смогу тебе всего этого предложить, — покачал головою Бренд.— Но, я думаю, в деревне, в которую мы сейчас въезжаем, за пару монет можно будет обсушиться и переночевать под крышей.

— Ты хочешь сказать — они не покормят смиренного слугу Великого Хортала? — испуганно пробормотал жрец.

— Как знать, как знать... — пожал плечами его спутник.

— Какой ужас! Как опустились нравы в некогда великом Роше! А когда же мы доберемся до этих негостеприимных поселений?

— А мы уже добрались, клянусь жалом ехидны!

Очередная ярко-голубая вспышка молния на краткий миг вырвала из тьмы очертания пяти — шести крытых соломой строений, беспорядочно разбросанных вдоль правой обочины дороги. Путники свернули к ближайшему дому, объехали запертые ворота и проникли во двор через обрушившийся участок плетня.

Бренд спешился у покосившегося крыльца и кулаком несколько раз постучал в запертую дверь.

— Хозяин! — крикнул он. — Пусти на ночлег двух одиноких замерзших путешественников!

Ответом ему было гробовое молчание.

— Никого нет, — удивленно отметил молодой человек. — Что ж, попытаем счастья в другом доме.

Однако у дверей следующей хижины их также ждало разочарование. Только в третьем доме, после требовательного крика Бренда послышался легкий шорох и испуганный голос слабо поинтересовался:

— Кто там?

— Два несчастных, замерзших, промокших путника, — отвечал Бренд,— у которых найдется, впрочем, пара звонких монет, чтобы оплатить ваше беспокойство и гостеприимство.

— Проезжайте дальше, почтенные. Тут вам никто не откроет.

— Вы что, клянусь семью хвостами Харуна, с ума тут все посходили? Дай нам обсохнуть и переждать грозу до утра!

Изнутри послышался скрежещущий звук. Похоже, к двери пододвигали тяжелый сундук.

— Семь Преисподних им в глотку! — выругался Бренд, направляясь к следующему дому.

С решительным видом, уже не спешиваясь, он взмахнул рукой, но был остановлен маленьким жрецом.

— Погоди, сын мой, — мягко сказал Элия. — Позволь мне, смиренному служителю великого бога, попытать свои силы.

Он грузно слез с пегого конька, ежась, подошел к двери, осторожно постучал и заговорил. В его голосе был мед и елей.

— Добрые люди! Ради благоволения Великого Хортала, приютите до утра несчастного служителя его с товарищем.