Дарующий силу

— Побудь сегодня паинькой, — томно произнесла целительница, одним движением скинула халат и осталась в полупрозрачном белье, идеально подчёркивающем её ладную фигуру.

— Здец! — в панике закричал Моль внутри сознания, но не из-за того, что стеснялся, хоть и это тоже, а больше из страха, что сделает всё не так из-за неопытности и медичка потеряет к нему интерес.

— Чего тебе? Свечку подержать? — недовольно пробурчал тот.

— Я же не смогу как ты!

— Ясен хрен, дрочила, что не сможешь! — хмыкнул Здец и добавил: — Не ссы, она сама всё сделает.

В подтверждение его слов Милиона стянула с парня полотенце и встала перед ним на колени, медленно склоняя голову с чуть высунутым языком к его стояку. Грин бросил быстрый взгляд на Пака, чувствуя себя не в своей тарелке от того, что кто-то посторонний наблюдает за ними, но жирдяй выглядел как беломраморная и очень потная статуя, и не подавал признаков жизни, боясь даже вздохнуть.

С нетерпеливым постаныванием, она провела язычком снизу доверху и Грин ощутил влажное, обволакивающее тепло, заставившее его непроизвольно подать бёдра вперёд.

Со стороны толстяка послышалось шуршание и подозрительно знакомые звуки, известные всем парням старше двенадцати лет, но Грин старался не смотреть в ту сторону, чтобы не портить момент.

Милиона двигалась всё быстрее и быстрее, заставляя парня закусить губы и прерывисто дышать.

Улыбнувшись и облизнувшись, она, не вставая с колен, сняла с себя верхнюю часть нижнего белья, оголив большую, мягкую грудь с торчащими, розовыми бугорками, и прижалась ей к паху Грина. Придерживая их руками, она гладила и массировала, пока молодое тело вновь не отреагировало как надо. После этого она зажала между влажных от пота грудей воспрянувший стояк и продолжила массаж, в какой-то момент склонив голову и помогая ртом.

Тут в поле зрения парня попала пухлая, трясущаяся рука, тянущаяся к упругой попке, и Грин бросил взгляд на Пака. Тот, закусив губы и беспрестанно сглатывая, смотрел на узкую, важную полоску ткани между ягодиц целительницы, прикрывающую самое сокровенное и с маниакальным блеском в глазах стремился коснуться её хоть кончиком пальца.