Дарующий силу

Через пару минут Крейн Тинер вышел из аудитории и пристально посмотрел на директора:

— Забудь о том, что ты видел и пресеки слухи о моём сыне среди учащихся, в противном случае мы найдём более лояльного человека на твой пост!

Дождавшись поспешного, утвердительного кивка, Крейн покинул учебный корпус, лишь на несколько секунд задержавшись на лестнице, где тряхнул головой и огляделся, нахмурив брови. После этого он отправился прочь с территории академии, немного злясь на своего сына и на то, что пришлось заплатить немаленькую сумму мелкому, жалкому ублюдку, в качестве моральной компенсации.

Крейн не совсем понимал, почему эта идея сразу не пришла ему в голову, но это оказалось чертовски верным решением! С Кавеном он поговорит позже, когда тот покинет академию на два выходных дня и разговор с любимым сыном будет максима жёстким, поскольку его действия бросили тень на репутацию всей семьи.

Тем временем Гарчек, проводивший спину Тинера презрительным взглядом, вошёл в аудиторию с одиноко сидящим Грином и уже открыл было рот, чтобы предупредить того о наказании за распространении слухов, как почувствовал мимолётное присутствие чего-то неведомого и ужасного, вызывающего паралич разума и тела.

Покрывшись холодным, липким по́том и стоя столбом, директор бессмысленно смотрел на ученика, когда вдруг, тот дрогнул и съёжился, как от сильного удара, и теперь массировал виски, что-то беззвучно шепча. Гарчек развернулся и, на негнущихся ногах, зашагал, чувствуя, как что-то тёплое стекает по ногам.

Он не отправлял магического вестника в орден демонологов, не спешил в свой кабинет за древними артефактами и вообще не сделал ничего, лишь уселся на скамейку среди цветущих велесов, сгорбился и почувствовал себя очень и очень старым.

Гарчек Верна обладал исключительной природной чувствительностью к разного рода существам из-за грани мира и в орден демонологов его приняли лишь благодаря этому, а не весьма посредственным способностям, но, за долгие годы упорного труда, он добился настоящего мастерства и снискал уважение коллег.

Но теперь всё бессмысленно – мир рухнет и ничто не в силах этому помешать…

— Нет! — он тряхнул головой, отгоняя апатию и перебарывая отчаяние: — Деды сражались за наш мир и мы не имеем права отдать его без боя, даже не попытавшись сопротивляться!

Гарчек тут же направил магического вестника в орден, наместнику и в канцелярию императора – не время думать о личной выгоде и репутации, когда само существование мира под угрозой!

А в классе плакал Грин.