Изабель и призрачное счастье 2

– Ты говорил, в сундуке, – поправила я.

– Не важно, открывайте.

Я осторожно подошла к сундучку и, откинув крышку, уставилась на неприметные камни:

– Это точно алмазы? – на всякий случай уточнила я.

– Да, просто необработанные, вы же не бриллиант просили.

– А бриллиант есть? – я огляделась.

– Да, в бордовом сундучке.

Я кивнула и, вытащив пару алмазов из ячейки номер шесть, прихватила и несколько бриллиантов поменьше, кто знает, для чего сгодятся.

– Деньги брать будете? – спросил невидимка.

– Да, но не знаю, сколько, – призналась я.

– Тогда возьмите вот этот кошелёк, на первое время хватит, – я обернулась и увидела пухлый кошель на краю очередного ларца.

– Спасибо, – поблагодарила я хранителя сокровищ, а затем, аккуратно вложив саблю в ножны, пошла к дверям. Уже на пороге я кое-что вспомнила: – Слушай, в замке гном, его сюда не пускать.

– Ох, хорошо, что сказали! – заволновался страж сокровищницы. – Гномы как грибы, один завелся – куча вырастет!

– Согласна, – кивнула я. – И про Чезару не забывай.

– Сделаю! – отрапортовал голос, и сокровищница погрузилась во тьму. Закрыв дверь, я поспешила наверх – время поджимало, и мне не хотелось тратить драгоценные минуты на пустую болтовню.

Все же иметь несколько домохозяек – это хорошо. К моменту, когда я вышла в холл, меня уже ждали: сумка с вещами, сумка с едой, перекус на дорогу и дорожный костюм.

Пока я натягивала одежку под оханье и аханье Чи, сетовавшей о моей ужасной причёске, Чу успевала впихивать в меня кашу с орехами и давать ценные указание, что есть, а что нет в чужом месте.

– Главное, не берите еду из чужих рук, – советовала чудушка, – а то мало ли, что подсунут.

– Думаешь, отравят? – пробубнила я с полным ртом.

– Прям, – отмахнулась Чу, – не посмеют, но вот здоровье подорвать могут – будете потом неделю на горшке сидеть.

Поскольку такая перспектива меня не устраивала, я взяла замечание помощницы на заметку.

Тут как раз прибежала Чезара, которую по моей просьбе разбудила Ча.

– Но ей туда нельзя! – вскинулась вдруг Ча, с которой я так и не обсудила ее позорное бегство и оставление меня в потенциальной опасности.

– Можно, я договорилась, – отмахнулась я.– Главное, заходя, говори, что ты – Чезара, и все будет хорошо.

– Как скажете, Изабо, – вздохнула моя жена и вдруг кинулась меня обнимать.