Изабель и призрачное счастье 2

Я старалась быть ему хорошей женой, и он, кажется, любил, меня, но, когда я стала этим, – домохозяйка развела лапки, демонстрируя шерстяное тельце, на котором красовался фартук, – он велел мне исчезнуть, и дальше я так и жила – невидимкой.

– А я прожила человеком почти три года, – призналась Чи, – когда превращение началось, я много плакала, но Чу пришла и успокоила меня. Вдвоем было не так грустно и даже по-своему весело.

– Все тоже самое, только через пять лет, – фыркнула Ча, – не сказать, чтоб я любила волшебника, скорее уважала, он учил меня магии и, кажется, огорчился, когда и я стала чудищем.

Я слушала их, кивая головой ровно до тех пор, пока Ча не ляпнула про побег.

– Постой-ка, – вскинулась я, – как это решил сбежать, вы же сказали, что он умер? Потому я и оказалась на его месте. Так он что, жив?

Сестрицы начали переглядываться и скалить клычки. Эти клубки шерсти явно что-то скрывали!

– А ну-ка говорите быстро! А то испепелю! – пообещала я, и Чи, вдруг не выдержав, пискнула:

– Он сбежал не то что бы по своей воле, а скорее его призвал другой мир!

– Иной мир, – добавила Чу.

– Загробный? – с опаской уточнила я, и девочки радостно закивали, точно хватаясь за мой ответ, –

– Понятно, – протянула я, хотя их суетливость меня насторожила.

– От вас все сбегают, – вдруг рыкнула Ча, – даже тоскуля! А ведь, не вывези вы ее из замка, все могло быть иначе!

– Что именно иначе? – не сдержалась я, – Почему ты так переживаешь за этого зверька? Может, я чего-то не знаю? Так расскажи!

– Вы не поймете, – бросила Ча и отвернулась, демонстрируя мне свою черную шелковистую спину.

Я молча терла виски, мне было неприятно обвинение Ча, но, видимо, ей так не терпелось сожрать грызуна, что теперь она винила меня во всех бедах. Не кстати вспомнился Виталис, и на душе стало совсем хмуро.

– Спасибо, что напомнила, – буркнула я, оглядывая собравшихся.

Глава 13

Однако закончить фразу мне не дали. Высоченные двери, украшенные резьбой и позолотой, некогда восхищавшие гостей, а теперь утратившие былой блеск, с грохотом отворились, и в тронный зал ввалился гном.

Для начала звонко икнув, отчего Чезара вздрогнула и еще крепче вцепилась мне в руку, гном, важно выпятив грудь, направился к нам.

– А я то думаю, кудай-то вы девались, Ваше Ведьмовство! – гаркнул он, не сбавляя шага.