Бог-Император Дюны

Лето на мгновение позволил себе расслабиться. Бабка в его генетической памяти была не очень озабочена судьбой своего нынешнего культа на Гьеди Один. Надо все же отгородиться от ее памяти и ее личности.

– И в чем же, ты полагаешь, состоит цель организации этого культа? – спросил Лето.

– Она очевидна. Создать конкурирующую религию, с тем чтобы подорвать вашу власть.

– Это слишком просто. Что ни говори о Бене Гессерит, но простаками они не были никогда.

Айдахо ждал объяснений.

– Они хотят получать больше Пряности! – сказал Лето.

– Так они будут раздражать вас до тех пор, пока вы их не купите?

– Я разочарован в тебе, Дункан.

Айдахо уставился на Лето, который хотел вздохнуть. Теперь для него это было очень сложное и несвойственное для нового тела движение. Дунканы обычно были более понятливы, но Лето предположил, что злодейский умысел помрачил рассудок этого Айдахо.

– Они выбрали своей штаб-квартирой Гьеди Один, – сказал Лето.

– Там находится крепость Харконненов, но это очень древняя история.

– Там умерла твоя сестра, она стала жертвой Харконненов, и в твоем сознании Гьеди и Харконнен слились воедино. Почему ты раньше не говорил мне об этом?

– Потому что не считал это важным.

Лето плотно сжал губы. Упоминание о сестре взволновало Дункана. Умом этот человек понимал, что он всего лишь звено в последовательности плотских копий одного и того же человека, что он всего-навсего продукт бродильных баков Тлейлаксу, в которых живут аксолотли, размножающие его, Дункана, исходные клетки.

И кем бы я ни был, подумал Лето, я все равно навеки останусь Атрейдесом.

– Что вы пытаетесь сказать? – требовательно спросил Айдахо.

Лето решил, что пора повысить голос:

– Харконнены были ворами Пряности!

Айдахо отступил на один шаг.

Лето продолжал, понизив голос:

– До сих пор на Гьеди Один есть спрятанные склады Пряности. Община Сестер пытается обнаружить их, используя для маскировки свои религиозные трюки.

Айдахо был ошеломлен. Слово было сказано, и ответ очевиден.

Это мой недосмотр, подумал Айдахо.

Окрик Лето снова расставил все по своим местам: Дункан по-прежнему был начальником стражи.