Видишь принца - целуй! И так восемь раз

Завтра они увезут свои меленькие тайны в халифат, а ему остается только помахать вслед шелковым платочком. Что ж, балерун и так немало почерпнул из общения с народным дуэтом. Свой будущий балет с немыслимым прежде персонажем гномом он посвятит им.

* * *

На следующее утро Вайорель ни свет ни заря вышел проводить народный дуэт в дорогу. Несмотря на ранний час, к окнам особняка прилипла почти вся наличная прислуга. Горничные Делия и Легда собирали ставки на то, отчебучат ли что-нибудь беспокойные гостьи на прощанье.

И те не обманули ожиданий.

К воротам подкатила изящная лакированная бричка с запряженным в нее огромным, диковатого вида, лосем. На которой провинциалки, по всей видимости, собрались отправляться в путь.

Личность сидящего на козлах возницы показалась Вайорелю смутно знакомой.

- Да это же тот парень, которого мы видели в Вупперпале! Пацан, сбежавший из дома совершать подвиги.

- Мирик сбежал не за подвигами, а чтобы стать артистом, - заступилась за попутчика Аглая. - Между прочим, он выиграл состязания менестрелей.

- Да? И отчего же тогда уезжает из столицы империи?

Аглая беспомощно взглянула на подругу. Действительно, почему бы Мирику не начать карьеру там, где он так блестяще дебютировал? Но нет, ему понадобился халифат. На дорожной ярмарке, где они встретились, юный менестрель весьма красноречиво расписывал свои планы по покорениюКаракумата, ловко обходя вопрос, чем ему не угодила имперская столица. Ну, у них-то с Полиной, понятно, для отъезда имеются причины.

Полина чужими проблемами не заморачивалась и вообще сияла довольством. В ее объемистой сумке хранилось два рекомендательных письма ко двору халифа – от Эберхарда Штуккенбрюккенского и Зотика Третьего. Перспективы охоты на нового принца вырисовывались самые блестящие.

Наконец гномьи рюкзаки утолкали под сиденье брички, Вайорель расцеловался с подружками, пожал руку Мирику и вынул-таки шелковый платочек. Народный дуэт в последний раз пообещал не забывать, писать и навещать, Мирик тронул поводья и огромные лосиные копыта застучали по мостовой.

* * *

- Кстати, как называется эта замечательная столица? – спросила Аглая через полчаса, с удовольствием вертя головой по сторонам и разглядывая шедевры имперской архитектуры. В свою очередь, на бричку не глазел только ленивый, а таких среди прохожей публики оказалось мало. До южного выезда из города оставалось еще часа полтора пути.