Видишь принца - целуй! И так восемь раз

– Это не гусли, а цитра, а сколько струн на ней, я отсюда не вижу, но по канону их может быть до сорока пяти, и уж никак не меньше тридцати шести.

- Ничего себе! А сколько же у него пальцев?

- Цыц!

Зотик Третий, для которого высокие эльфийские голоса были не в диковинку, снисходительно смотрел на восторженную провинциалку. Мназон Линос, с предубеждением относящийся ко всему эльфийскому, кривил тонкие губы. Госпожа Аврелика, которой эльфы безумно нравились, впрочем, как и подавляющему большинству женщин, включая тех, кто эльфов и в глаза не видел, восторженно закатывала глаза.

Банбаяр Неудержимый вышел на сцену, аккомпанируя себе на диковинном музыкальном инструменте с длинным грифом и всего двумя струнами.

- Ну и принцы у вас, - влезла со своим замечанием неугомонная Аглая. - У одного на инструменте сорок струн, а у другого всего две.

Но тут Батбаяр принялся петь, и школьница от удивления открыла рот.

Багангхаец оказался мастером знаменитого оркского горлового пения.

- А у вас в Руасии есть орки? - поинтересовалась принцесса, когда Батбаяр закончил свое выступление.

- Есть, конечно, - не моргнув глазом, ответила Полина. - И живут они в городе Орске Оренбургской волости, который, стоит, кстати, на реке Орь.

Аглая, у которой в Орске жила двоюродная тетя, взглянула на подружку с упреком, но ничего не сказала.

Восемь судий из десяти отдали предпочтение Батбаяру. Возможно, в силу экзотичности его выступления, а, возможно, и по тайному распоряжению императора.

Если бы голосование провели в королевской ложе, исход был таким же. Бондюэль получил бы полтора голоса против четырех с половиной, отданных Батбаяру.

Эльфийский принц принял поражение с надменным и скучающим выражением лица.

- А нельзя ли и Бондюэлю вручить какой-нибудь приз? – спросила Полина императора, алчно оглядывая собирающегося удалиться эльфа. «Воистину, - думала при этом девушка, косясь на свой браслет, на котором по-прежнему горели только три бусины из восьми, - близок локоть, да не укусишь.