Трудно быть ведьмой

Женька сумела сухо и почти дословно воссоздать только что завершившуюся сцену. Я во все глаза смотрела на Лизу. Еще недавно от десятой части подобных известий она бы разрыдалась, а сейчас лишь побледнела и закусила губу.

-- Теперь, когда мы все знаем, этот номер у них не пройдет! – закончила Женька, лишь тут позволив себе выплеснуть скопившееся эмоции. – Я уверена, трюк не вполне законен. Главное – успеть до того, как квартиру продадут добросовестному покупателю. Конечно, даже в таком случае у тебя есть шансы выиграть в суде, но дело затянется на несколько лет, и непонятно, кто эти годы будет жить в квартире.

-- Эдик женился на мне из-за квартиры, -- вместо ответа произнесла Лиза. – Он никогда меня не любил – только делал вид. Сперва ради того, чтобы я его прописала, потом – чтобы оформила совместную собственность. А сейчас – чтобы я не догадалась, что он хочет меня выгнать.

«Я ведь сразу тебя предупреждала!» -- чуть было ни выпалила я, однако вовремя прикусила язык. Кому станет лучше, если я это скажу?

Лиза посмотрела на меня.

-- Ты ведь сразу меня предупреждала, а я не верила. Получается, сама виновата. Если б мне было, куда уйти, я бы ушла, а квартиру оставила Эдику. Пусть возьмет, раз ему это так важно. Но где я буду жить? Видимо, все-таки надо размениваться. Находиться вместе в одной квартире нам с ним теперь невозможно.

-- На что разменяешь твою живопырку? – пожала плечами Женька. – Ну зачем ты, дура, оформила совместную собственность? Зачем? Если бы не это, Эдика можно было бы выселить.

-- Потому что дура, -- исчерпывающе объяснила Лиза.

Я задумалась. Да, формально у подруги и ее мужа права на жилье были равными. Но, ругайте меня, сколько хотите, я бы выселила его, не моргнув глазом, потому что нечего быть притворщиком и мерзавцем! Наверное, друзья Эдика посмотрели бы на ситуацию иначе, мол, какой умный и деловой парень, а я – именно так.

В голове смутно забрезжила идея.

-- Эта его юрист… Мухина, то есть… она его безумно любит? – уточнила я. – Хочет за него замуж? Все готова за это отдать?

Лиза кивнула.

-- А еще она никому не верит, -- продолжила вспоминать я. – Ей кажется, вокруг одни враги. И в глубине души она считает, ее невозможно искренне любить.