Быть эльфом

- он сузил глаза, подозревая Алину в каком-то очередном обмане: - Зачем притворяешься? А ей вдруг стало очень все равно. Опустившись на каменный пол балкона, она захотела плакать, но слезы почему-то не удавалось из себя выдавить - было ощущение, что неведомое успокоительное неусыпно контролировало ее эмоции. - Как же уже достало это снотворное! - она устало закрыла глаза, привалившись спиной к перилам. - Когда же уже отпустит? - Ты про это? - изумился эльф, но что именно он сделал, она не видела. Только почувствовала, как мир заиграл красками, в него вернулась жизнь, в которой ожили забытые эмоции.

- Пожалуйста, пожалуйста! - Алина подскочила на ноги и вцепилась в эльфа. - Не делай так больше! Не позволяй им! - Да о чем ты? - эльф снова брезгливо выдрался из ее рук и сделал несколько шагов назад. А еще он сделал какие-то странные движения, как будто что-то запретное наколдовал перед ней, какое-то предупреждение, но Алина, сколько не силилась, не видела, в чем дело и нужно ли этого бояться. Зато ей вдруг стало так тоскливо и муторно! Вспомнился Марк, вспомнилась любимая подружка, нелюбимая работа и серый город. Захотелось домой, к маме! И вместо того, чтобы радоваться вернувшимся чувствам, она рухнула на пол и горько зарыдала, оплакивая свою потерянную жизнь. - Что. Ты. Такое? - изумленно выдохнул эльф. У Алины будто второй кран со слезами открылся! Впервые, в этом мире, хоть кто-то поинтересовался ею и ее проблемами - захлебываясь в рыданиях, она принялась рассказывать бестолковые события дня ее несостоявшейся свадьбы - от момента как она проснулась и до момента, когда прозвучал взрыв и все померкло перед глазами. Эльф изумленно внимал каждому ее слову, не перебивая и не переспрашивая. А когда она закончила рассказывать и плакать (только иногда всхлипывала, будто слезы в водопроводе закончились), выпрямился и отошел от нее к перилам. Стоял вполоборота, облокотившись, и курил, поглядывая на нее искоса. Раздумывал о чем-то. - Если ты меня разыгрываешь, то, - наконец, вымолвил он, - кармазин хусточка, камка ветошка, ажно аксамит балагта отзнобит на росстани*. - Ась? - Алине показалось, что эльф выругался, но как-то не матерно, не от души. - Чего? Какая еще керамзитная ветошка? - Сойдет, - ехидно кивнул эльф, и Алине показалось, что она где-то подписала себе смертный приговор. - Думаю, ты еще тупее, чем мой братец... Он пыхнул трубкой, а Алина задохнулась от негодования: - Да как ты смеешь! - она даже замахнулась на эльфа, но тот лишь продолжил свою фразу.