Совесть Города

В Городе они могут существовать более-менее автономно, а вот вне его в окружающем пространстве просто нет достаточного количества энергии, чтобы поддерживать полноценное функционирование баенкунов, такое, как изменение формы или иные характеристики и возможности, присущие только им. По факту, вне Города без сильного носителя баенкун превращается в простой меч, не факт, что имеющий даже возможность общаться со своим хозяином. Как-то так.

- Меч величайшего воина!

Я, преисполненная восхищения и благодарности, нежно погладила браслет.

- Я постараюсь быть ему достойной парой.

- Мне кажется, тебе не стоит безоговорочно идти у него на поводу. У него наступило состояние безудержной и безответственной эйфории после долгого вынужденного периода бездействия. С его текущими замашками он очень быстро подвёдет тебя на погребальный костёр. Ты лучше знаешь свой уровень и возможности. Его безрассудство, которым он тебя заражает, может быть чревато серьёзными последствиями. Если он не хочет в самом скором времени остаться забытым и заброшенным, пусть поумерит свой пыл.

- Он постарается. Правда, Шаракан?

Мы проболтали с Люцифэ до вечера. Часовщик подробно описывал известные ему характеристики баенкунов и некоторые специфические возможности Шаракана, рассказывал известную ему информацию о том, что чувствует оставшийся в живых при гибели своего баенкуна, о том, что может навредить Шаракану. Я лишь в очередной раз поражалась тому, насколько много Люцифэ знал.

Пришедший уже затемно магистр Арион объявил, что завтра с рассветом мы отправляемся к одной из четырнадцати нуждающихся в осмотре точек. Мы с Шараканом было обрадовались, но оказалось, что все пункты находятся в такой глуши! Там даже особо-то и деревень рядом нет, не то, что городов.

Зато оказалось, что там шикарные рассветы и закаты. Семь точек находились в горах, где мы с Люцифэ оказались впервые в жизни, парочка в жутких болотах, три в пустынях, одна среди океана на атолле, а одна на дальнем юге, в стране вечных льдов.

Мы напоминали малых детей, в первый раз вырвавшихся из-за высоких монастырских стен, которым нужно было всё увидеть, пощупать и проверить. В результате, Люцифэ ушёл под лёд и едва не остался без ноги, на которую покусилось неведомое водное животное из горной реки, а я чуть не опробовала ощущение полёта в пропасть на собственной шкуре и вызвала ненароком сход лавины.