Герой анархист против всех. Том 2

Видимо, бедняга ну никак не мог остаться без оружия из-за убеждений, но жажда денег была выше, так как он пошёл на этот компромисс. Вроде и оружие, а вроде и нет.

Ожидая меня, парень начал себя накручивать, кривляться бить себя в грудь, распалять топу за собой. Я не торопился. Я смаковал момент, перед тем как опустить этого петуха на землю.

— Как звать то тебя, щегол?

— Тебе этого знать незачем, — ответил я, перед тем как резко ускориться и нанести удар.

Парень не успевал что-либо сделать, только испугаться.

Вот его взгляд теряет меня, тут же находит прямо перед собой, зрачок расширяется, лицо бледнеет, а мимика искажается из-за резкой потребности организма в кислороде.

Я даже замечаю, как мышцы воина передо мной напрягаются, в попытке совершить удар.

Но я просто быстрее, а потому в самый последний момент клинок, который я так и не распаковал из парусины, замирает в миг от плоти противника.

— Тебе повезло, — сказал Юрай, — мог и убить.

— Спасибо, — заикаясь, сказал говорливый наёмник, — спасибо, что сохранили жизнь, господин.

Я окинул взглядом толпу наёмников. Я видел страх, страх, а вместе с ним и гордость. Они почувствовали, что кто-то из их кучки на более высоком уровне, чем они сами, поскольку мы с орком, как и они, были наёмниками, их симпатии сразу же переметнулись на нашу сторону.

Я был сильным, и я был одним из них.

— На этот месяц я за старшего, после меня мой товарищ Юрай. Вопросы есть?

Тишина.

— Вопросы есть?! — повысил я голос.

— Нет, — ответили наёмники.

Банально конечно, но я всегда хотел так сделать.

— Я не расслышал, бойцы, вопросы есть?! — крикнул я во всё горло, чуть-чуть добавив силы, чтобы усилить звук и понизить его частоту.

— Нет вопросов, господин! Вы за старшего! — начали в разнобой доноситься голоса.

— А у тебя? — спросил я говоруна.

— Нет, вы сильнее, вы и старший. Моя жизнь принадлежит вам.

— Да нахер ты мне сдался, — брезгливо отошёл я, — э-э-э! Только руки на себя наложить не думай!

Реакция парня меня немного напугала, после моих слов, о том, что он мне не нужен, он стал таким грустным, как побитый щенок.