Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

Небываль-из-Пустошей, по телепатической связи прознав, что меня доставили домой живой и невредимой, вернулась с работы по изничтожению нечисти на час раньше и принесла в когтях бездыханную мохнатую тварь неведомого подвида.

– Изжарьте, – промурлыкала Небываль. – Это морококрот. В его мясе полно минеральных веществ.

Обо мне заботились, меня опекали и лелеяли с неиссякаемым рвением. Поэтому, когда ближе к ночи я вырвалась из любящих рук и лап и поднялась к себе (под неизменным надзором Сио Лантия, куда уж без него), у меня было лишь одно желание, но довольно-таки пламенное.

Отвяжитесь вы от меня наконец!

Мои немые мольбы Сио Лантий научился считывать, как показания счётчиков, – по глазам. Вот и сейчас, чтобы не надоедать, вышел на улицу и приткнулся к двери эдаким дозорным. Птица-Весень, пока ещё не потерявшая ни одного пёрышка из своего красочного оперения, грустила в эмалированной круглой клетке на подоконнике.

– Привет, – сказала я ей. – Прости, что не смогла посадить тебя сама. Ничего, что это сделал мой друг? Он тебя не обижал?

– Он был очень любезен, – отозвалась Птица.

– Это ерунда, – махнула я рукой и чуть не заикнулась, что уже имеется опыт кормления – хамелеонов, например. Негоже сравнивать ижи-существо с какими-то хамелеонами, только в расстройство впадёт.

– Будь добра, – попросила Птица-Весень, – завесь меня шторкой. Не хочу никого видеть. Надеюсь, ты понимаешь…

Я понимала её, как никто другой, и знала, какой целебной силой порой обладает одиночество.

Я посидела, потом полежала, взбила подушки, прошлась по комнате туда-сюда. Почти все переживания из меня благополучно выветрились, разум напитался тишиной, но кое-какая мысль не давала покоя: как там Сио Лантий за дверью? На него ведь тоже могут напасть. Снаружи он куда более уязвим, надо бы его позвать.

Не вытерпев, я прокралась к двери и аккуратно её приоткрыла. Привалившись к ней спиной, мой приятель смотрел в туман и мёрз самым бессовестным образом.

– Ты почему не сказал, что холодно? А ну быстро внутрь!

Он попытался уверить меня, что ни капли от холода не страдает, но я была непримирима. «Шагом марш!», «Пошёл, давай!», «Отговорки не принимаются!» – мой командный тон изрядно сбил его с толку, и он был вынужден повиноваться.