Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

Во-вторых, туда же, судя по всему, стекаются души умерших. И раз Дивный Мир – своего рода загробное царство, следовательно, Кагата, Сио Лантий и я… Нет, какая-то бессмыслица!

Хотя, если вспомнить о крыльях, словосочетание «служители загробного царства» приобретает куда менее безумное звучание. А если взять во внимание то, кем являются Инычужи, Мастер Хаги Тко, духи Неге Ки, птицы-миротворцы Нигахо и как спокойно каждый из них принимает свою суть, то начинает казаться, что в Мереже возможны вообще все. И всё.

Итак, давайте, что ли, заново знакомиться? Меня зовут Нойта Сарс, и я из загробного мира. Пожмём руки? Нет? А чего это вы пятитесь?

***

– Ты, Нойта Сарс, – обвинительным тоном выдал сыщик, едва мы остались наедине, – много недоговариваешь. Ты ведь солгала насчёт тыквы, – вкрадчиво уточнил он и придвинулся ко мне вплотную. Держать дистанцию определённо не его стиль. – В тот день шаровой молнией управлял крылатый, верно?

Меня передёрнуло, и я поспешно отстранилась.

– В мыслях не было врать.

Ох, зачем только Сио Лантию приспичило отлучиться! Ненавижу разговорчики с подвохом, да ещё с глазу на глаз.

– Откуда у вас информация о крылатых? – хрипло спросила я.

– Вот, – сыщик потряс сложенным листом бумаги перед моим носом. – Конверт, который ты вчера нашла, содержал весьма ценные сведения. Предсмертную записку последней жертвы. И говорится в ней именно о крылатых. Ни слова о тыквах. Ни единого упоминания.

Я была готова зубами заскрежетать. Ну что он несёт?! Где его профессионализм? Совсем извилины атрофировались? Да тут любому ясно, что записка может быть фальшивкой, которая призвана навести нас на ложный след.

Сейчас следовало держаться максимально холодно. Поддашься эмоциям, вспылишь сгоряча – и в лучшем случае проиграешь спор. В худшем – переместишься в списке подозреваемых на первое место.

– Если бы я была заинтересована в том, чтобы вас одурачить, то не стала бы показывать конверт, – как можно тише и спокойнее сказала я.

– Твоя правда, – остыл детектив.

Он переместился к себе на койку и пристыженно уставился в окно. Вроде бы гений, а оплошности допускает одну за другой. Кризис у него, не иначе.

К моменту, когда Сио Лантий покончил с гигиеническими процедурами и вернулся в купе, руки сыщика тайком от своего хозяина усердно рвали газету с кроссвордами – древность допотопную, которая в поездах до сих пор пользовалась популярностью среди пассажиров.