Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

К горлу подкатывала тошнота, во рту пересохло, и язык прилипал к нёбу. Но мне всё же удалось выдавить из себя несколько фраз.

– Ро Тондий… Он, кажется, мёртв.

Ли Фаний Орл взволнованным голосом велел мне никуда не уходить и сидеть на месте. Спустя буквально четверть часа он примчался на проклятую квартиру и, похлопав меня по плечу в ободряющем жесте, склонился над Ро Тондием.

Сио Лантий прибыл следом с разницей в пять секунд, взмыленный, задыхающийся. Этот товарищ склонился уже надо мной. Он обнимал меня, гладил по голове и плечам, что-то говорил, чтобы меня успокоить, но слов я разобрать не могла.

Из моих глаз ручьями текли слёзы. Сердце гулко билось под рёбрами под аккомпанемент судорожных всхлипов, а в душе бесновались смерчи и мало-помалу ширилась мрачная бездна.

«Как так? Как же так? Почему он мёртв, а я до сих пор жива?»

Ли Фаний Орл вновь подошёл ко мне, отстранил Сио Лантия и сел на корточки напротив меня, вручив носовой платок.

– Прекращай реветь, Нойта Сарс, возьми себя в руки.

Я шумно высморкалась, попыталась выровнять дыхание – и преуспела. А вот со слезами сладить не удалось. Они так и текли мокрыми дорожками по щекам, капая с подбородка и заливаясь за воротник.

– Во дворе… – пробормотала я. – Там была тыква. Человек с тыквой на голове. Потом резко потемнело. А потом… Шаровая молния. И…

– Так, мне всё понятно, – сухо сказал сыщик, поднимаясь во весь рост. – Нойта, ты наша главная свидетельница. Тебя наверняка попытаются убрать.

Он властно опустил руку мне на макушку, да так и замер, другой рукой удерживая возле уха серк-ри, чтобы с кем-то созвониться.

– Это Ли Фаний Орл, да. У нас чрезвычайная ситуация. Вышлите двух человек, срочно. Адрес сейчас напишу.

Пока он набирал сообщение, его ладонь покоилась на моей голове и источала жар. Тепло распространялось по телу, убаюкивая, изгоняя дрожь, подчистую стирая страхи. Я стояла с закрытыми глазами, в воздухе чудилась медовая сладость жасмина, острота имбиря и бальзамические ноты.

А где-то поодаль неловко топтался Сио Лантий, и мне не хотелось видеть его реакцию на происходящее. Ясно ведь, что ревнует.

Когда детектив наконец убрал руку с моих волос, я была уже другим существом. Умиротворённым. Тихим. Исполненным медитативности, гармонии и непостижимого света. Теперь в уме кристально чётко обозначилось понимание: подозревать его было абсурдом.