Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

Он оборвал звонок, и показалось, будто все мои внутренности тоже разом оборвались. Сердце ухнуло в пятки, желудок отвалился, чтобы составить компанию почкам, а лёгкие чуть ли не со свистом сдулись, как проколотые воздушные шарики, и разлетелись в разные стороны.

Примерно так я себя чувствовала.

Он зашифровывает, значит. Секретные карты дистанционно без спросу передаёт. А бочки на меня?!

Вот паразит.

Но что, интересно, побудило его к столь необдуманным действиям? Всякому ведь известно: Нойта обожает шататься по окрестностям, лазить на вышки и влипать в неприятности с далеко идущими последствиями.

Скажете, только сыщик этого не знал?

Надо будет его предупредить: если в будущем он вознамерится делать на меня ставки, пусть на прибыль не рассчитывает – непременно уйдёт в минус. О да, я профи по разочарованию людей.

Куда больше утери серк-ри меня печалила пропажа волшебной кружки. Потому как именно она послужила тем спусковым механизмом, который свёл вместе нас с Сио Лантием. Памятная штуковина канула в небытие, об этом стоило бы погоревать.

Возможно, прямо сейчас её пинает ногой какой-нибудь маргинальный субъект. При одной только мысли о подобном варварстве сердце болезненно сжималось.

Разделавшись с первым из письменных экзаменов (по предчувствиям, удовлетворительно), отчитавшись перед куратором о прогрессе на учебном болоте и вручив ему черновик диплома, я попрощалась с Кагатой и предупредила её, что меня не будет в Сеа все выходные.

– У-у-у, – протянула та с досадой, помноженной на зависть.

– С Сио Лантием едете, да? Вы вдвоём отлично смотритесь, настоящая парочка. А теперь ещё и в путешествие собрались. Фотки хоть потом пришли, ладно?

Я не стала посвящать подругу в истинную причину своего отъезда, и так уже перед детективом проштрафилась, чтобы трепать языком о расследовании посреди бела дня.

Пообещав запечатлеть незабываемые кадры, я помахала Кагате и в ускоренном темпе зашагала домой. А из дома – сразу же, без передышки – направилась к Ли Фанию Орлу, прихватив саквояж, парочку волосинок Путеводной Нити, которые она щедро мне предоставила, и контейнер с перекусом от заботливого Пересеченя.

Птица-Весень не отлипала от окна, глядя мне вслед с такой грустью, словно навсегда расстаёмся. Но не навсегда же, верно? Не убьют же меня в поездке?

На душе сделалось тоскливо и пусто. Тоска тянулась за мной по пятам туманным шлейфом, прощупывала меня туманными лапами, обнимала, обволакивала, сковывая холодом мысли и чувства.