Кувалда

Огромные мешки наполнялись один за другим, Краснослав не стеснялся выбрасывать всё подряд. Говорят, окружение формирует личность, а личность формирует окружение, и из этого выходило, что оригинальный Славик был довольно мерзким и неприятным подростком. Кувалда решил, что раз уж он заменил его личность, то и все напоминания о прежнем хозяине тела должны быть удалены.

Поэтому в мусор безжалостно отправлялось всё, что только можно. Фигурки развратных женщин, похотливо трясущие каменными грудями, плакаты, липкие журналы, бельё и одежда, любовные письма, написанные и неотправленные, книги про попаданцев, пустые бутылки и спрятанные папиросы.

Женщины помогали молча, но Краснослав ясно видел одобрение в их глазах. Он и сам чувствовал душевный подъём, ведь настоящий славянорусс должен быть чист душой и телом. А капитан Кувалда даже в теле подростка-извращенца оставался лучшим из славяноруссов.

Он сам двигал мебель и залезал в самые недоступные углы, выметая скверну. Окно никогда прежде не открывалось и рама буквально застыла в закрытом положении, но Краснослав решительно и твёрдо распахнул его настежь, впуская свежий весенний ветер в берлогу Славика.

Краснослав хотел ещё и оторвать обои, но служанки отговорили его от этого занятия. Всё равно вечером ему придётся уезжать, а переклеить всё они точно не успеют.

— Вы б лучше в дорогу собралися, господин, — робко улыбнулась старшая из горничных.

Кувалда кивнул. Профессионалы наверняка справятся лучше. Но всё равно тяжёлые мешки, забитые всякой всячиной, он лично отнёс на мусорку, хоть и пришлось сделать это в несколько ходок.

Всё равно собирать в дорогу было нечего. Несколько драных учебников, кое-как найденная смена белья и чудом уцелевший дневник Славика, который Кувалда решил изучить на досуге. Остальное он хотел купить по прибытию.

Гимназия ждала и манила его, будто свет ещё неизведанных звёзд.

Глава 6

Ехать ему предстояло вместе с кузиной. И если у самого Краснослава из вещей был всего один маленький саквояж, то чемоданами Агнии оказалось забито всё свободное пространство.

Сперва кузина наотрез отказалась ехать с ним в одной карете, но Дормидонт Ильич сурово взглянул на дочь, и той пришлось подчиниться. Ослушаться отца Агния никак не могла.