Значение имен

Рей Сон так и не понял, что сделал жрец, и почему Мина Нарая без сил упала на землю. Оставалось лишь в очередной раз пожалеть об утрате возможностей шамана.

Два орисса-воина быстро подбежали к девушке и рывком подняли на ноги.

– Как поступить с отступницей, о светлый господин? – спросил один из жрецов.

Никто из них старался не встречаться с Кином Саная взглядом.

Кин Саная провел рукой по раненной щеке и посмотрел на ладонь, измазанную кровью.

– Бросьте ее к тем нечестивым. И приготовьте третий костер.

– Будет исполнено, о светлый господин! – жрец дал знак воинам и те быстро потащили бывшую жрицу к Дарру и Рей Сону.

– Смотри, Рей, как в жизни все быстро меняется. Будем злорадствовать?

Рей Сон не успел ответить, потому что Кин Саная, покидая площадь, громко произнес:

– Если нечестивые захотят с ней позабавиться — не мешайте им.

Ориссы восприняли последний приказ на удивление спокойно, и только Дарр пробормотал чуть слышно:

– Ага, уже разбежались.

Рей Сон покраснел до корней волос и набрал в грудь побольше воздуха, чтобы дать достойный ответ.

– Да я... - начал было он, но вовремя понял, что Дарр шутит, и смутился еще больше. А потом ориссы открыли решетку и зашвырнули Мину Нарая внутрь.

– Вам повезло, черви, - произнес один из них, – сможете повеселиться перед смертью.

– Знаете, а у вас тут просто змеиное гнездо, – Дарр перевел взгляд с ориссов на упавшую девушку, и едва успел увернуться от быстрого выпада тупым концом копья.

– Не умничай, одноглазый, или второй глаз выбью, – пригрозил орисс и ушел, злобно бормоча ругательства под нос.

Рей Сон смотрел на неподвижную девушку и совершенно не знал, как поступить – нравы и обычаи ориссов выбили его из колеи. Дарр хранил молчание и, похоже, тоже не собирался ничего предпринимать.

Словно только очнувшись, Мина Нарая быстро отползла в дальний угол камеры и села там, обхватив колени руками, длинные черные волосы полностью спрятали ее лицо.

«Интересно, а кто теперь будет поджигать костры?» – пришла в его голову совершенно неуместная мысль. Ненависть, вызванная утренним происшествием, смешалась с сочувствием к беспомощной девушке, и Рей Сон не мог понять, какое чувство сильнее.

– Эй, Мина-забыл-как-там-дальше, здорово пинаешься, – Дарр с невозмутимым видом отломил ломоть хлеба и начал неторопливо жевать.